<<
>>

Понимание текста как перевод смыслов

Проблема понимания является одной из важнейших проблем человеческого бытия и познания, которая волнует не одно поколение отечественных и зарубежных исследователей. Это явление исключительное по сложности и многообразное по наблюдаемым последствиям [Брудный, 1975, с.

109]. Данное высказывание относится и к такой узкой сфере, как понимание текста, которую А.А. Залевская причисляет к числу мировых проблем [Залевская, 1983]. Сложность построения последовательной единой теории понимания текста объясняется уникальной многоплановостью этого явления: «... понимание связано с погружением в «мир смыслов» другого человека, пониманием и интерпретацией его мыслей и переживаний. Оно неотделимо от самопонимания и происходит в элементах языка. Понимание как познавательная процедура включает в себя: 1) выявление скрытого, скрытого содержания явления или текста; 2) включение знаний или вопроса в общий контекст известных связей и отношений; 3) соотношение знаний с элементами ценностно-смысловой и мотивационно­волевой сфер сознания» [Некрасов, 2010, с. 153]. В результате мы имеем большое разнообразие интерпретаций и методов в изучении этой проблематики.

По мнению А.А. Брудного, любой текст, в принципе, рассчитан на то, что его поймут, поскольку в содержании текстов отражены действительные отношения вещей, имеющие значение для образа мыслей, поступков и намерений людей. Именно эти действительные отношения существенны для людей, считающих необходимым понять те или иные тексты [Брудный, 1975, с. 111]. Как мыслительную процедуру пониманием можно считать последовательное изменение структуры воссоздаваемой в сознании ситуации и процесс перемещения мысленного центра ситуации от одного элемента к другому [Леонтьев, 2005, с. 141]. C. JI. Рубинштейн называл понимание «смыкающейся моделью»: содержание текста и мыслительная деятельность чтеца смыкаются в единое целое, в результате чего актуализируется содержание» [Рубинштейн, 2004, с.

102]. Г. П. Щедровицкий и С. Г. Якобсон рассматривают процесс понимания как восстановление структуры смысла, запрограммированного в тексте процессом мышления [Щедровицкий, Якобсон, 1973, с.59].

Основополагающим фактором понимания, по мысли А.А. Залевской, выступает индивидуальная картина мира, к которой человек выходит через ассоциативный мир слова и текста [Залевская, 1988]. Другим фактором является взаимодействие внешнего (текстового) и внутреннего контекстов. Внутренний контекст характеризуется автором как сложная система связей и отношений по линиям перцептивного, когнитивного и аффективного опыта индивидуума. [Залевская, 2002, с. 118].

Сложность проблематики усугубляется и тем, что наука еще не выработала приемлемого и общепринятого определения текста как объекта лингвистического исследования [Лосева, 1980, с. 4]. Наиболее цитируемым является высказывание И. Р. Гальперина: «Текст - это произведение речетворческого процесса, обладающее завершенностью, объективированное в виде письменного документа, произведение, состоящее из заголовка (названия) и ряда особых единиц (сверхфразовых единств), объединенных разными типами лексической, грамматической, логической, стилистической связи, имеющее определенную направленность и прагматическую установку» [Гальперин, 1981, с. 18]. Однако,

это не означает, данное определение можно считать окончательным и исчерпывающим.

Говоря о понимании текста как неотъемлемой составляющей деятельности переводчика, необходимо отметить, что с какой бы точки зрения ни рассматривался литературный перевод (лингвистической, психолингвистической, историко-литературной, культурной), сегодня вывод о его диалектичной природе как явления и процесса неизбежен. Диалектическое единство литературного произведения и его перевода подразумевает взаимодействие, взаимодействие двух (или трех, в случае перевода с языка-посредника) языковых картин мира, двух языковых и художественных систем, двух понятий реальности (авторов оригинала и перевода). И возможности перевода ограничены, с одной стороны, субъективным пониманием и оценкой переводчиком исходного текста, с другой стороны, способностью к пониманию нового адресата - читателя, воспитанного в другой литературной традиции.

Л. С. Бархударов даёт следующее определение: «Переводом называется процесс преобразования речевого произведения на одном языке в речевое произведение на другом языке при сохранении неизменного плана содержания, то есть значения» [Бархударов, 1975, с. 240].

С. Горяев утверждает, что у термина «перевод» есть два значения:

1. Во-первых, переводом называется процесс, при котором текст, созданный на одном языке, пересоздается на другом языке.

2. Во-вторых, переводом называется результат такого процесса, новое речевое произведение, новый текст, возникший на переводящем языке. Теория перевода как раз занимается таким текстом и его соотношением с исходным оригиналом.

Цель перевода заключается в том, чтобы как можно ближе познакомить человека, не знающего какого-либо языка, с заданным текстом на этом языке.

Основное требование, предъявляемое к переводу, - полнота передачи исходного текста [Горяев, 2004, с. 2].

Ю. Новиков полагает: «Перевод - это интегративно-интуитивный процесс, в ходе которого переводчик путем многократных итераций пытается найти оптимальное переводческое решение» [Новиков, 21.11.2011], а в «Основах общей теории перевода» А.В. Фёдорова читаем: «Полноценность перевода означает исчерпывающую передачу смыслового содержания подлинника и полноценное функционально-стилистическое соответствие ему» [Федоров, 1983, с. 127].

Таким образом, основой концепции стало понимание языка не как формы, воплощающей некое содержание, а как функции, а самого перевода - как функционального подобия оригиналу. Не менее важным для развития лингвистической концепции перевода стало то, что определение «поэтического» (а по сути - художественного) перевода, предложенное одним из основателей Пражского лингвистического кружка В. Матезиусом еще в 1913 г., в качестве основного критерия оценки перевода выдвигало тождество художественного воздействия перевода и оригинала на читателей: «Поэтический перевод должен оказывать на читателя такое же воздействие, какое оказывает подлинник, пусть даже иными художественными средствами, чем в оригинале Тождество художественного воздействия важнее использования схожих художественных средств, и в особенности важно при переводе поэтических произведений» [Mathesius У. О, р. 808].

Исследования середины 60-х годов, в которых перевод рассматривался в свете теории коммуникации, были полезны для понимания сути процесса перевода и оценки его результатов. В частности, немецкий лингвист Отто Каде определил перевод «как особую форму общения между людьми посредством языка, особенностью которого является использование двух языков в рамках общения ...» [Цит. по: Вопросы теории перевода в иностранной лингвистике, 1978, с. 178]. Коммуникативный подход привлек внимание исследователей к отношениям между переводчиком и читателем, определил их функцию в художественном общении и, таким образом, позволил понять, в какой степени читатель влияет на процесс перевода своими представлениями о жанровых и литературных нормах и текст перевода. Французский лингвист Ж. Мунин

высказал суждение, важное для дальнейшего развития лингвистической и текстологической концепции перевода: «Перевод — это языковой контакт и в то же время явление билингвизма» [Mounin, 1963, р. 4-5].

В свете современных исследований, сочетающих психолингвистический, этнопсихолингвистический, коммуникативный, текстологический,

прагматический и семиотический подходы, мы понимаем, что известная односторонность и ограниченность взятой отдельно той или другой дефиниции, концепции перевода объективно обусловлены многогранностью объекта, а также различием целеустановок исследователей.

Для уяснения диалектики взаимоотношений двух художественных миров - оригинала и перевода, как и взаимоотношений их создателей, необходимо различать понятия текст и художественное произведение (т. е. эстетическую ценность). Недифференцированный подход к этим понятиям, к сожалению, характерен для многих исследований в области художественного перевода и часто приводит к широко распространенному определению сути процесса перевода как «воссоздания оригинального произведения». Но переводчик не «воссоздает» оригинал: во-первых, потому что воссоздать можно лишь утраченное (по его фрагментам, воспоминаниям о нем и т. п.), а не существующее произведение искусства; кроме того, использование выражения «воссоздание оригинала» по отношению к художественному переводу отражает утопические представления о возможности воссоздания любого произведения искусства в ином материале: например, Венеры Милосской - в дереве или древнего храма - в железобетоне.

Эдвард Сепир замечает по этому поводу: «Язык есть средство литературы в том же смысле, как мрамор, бронза или глина суть материалы, используемые скульптором. Поскольку у каждого языка есть свои различные особенности, постольку и присущие данной литературе формальные ограничения и возможности никогда не совпадают вполне с ограничениями и возможностями любой другой литературы. Писатель может вовсе не осознавать, в какой мере он ограничен, или стимулируется, или вообще зависит от той матрицы, но как только ставится вопрос о переводе его произведения на другой язык, природа

оригинальной матрицы сразу дает себя почувствовать. Все его эффекты были рассчитаны или интуитивно обусловлены в зависимости от формального «гения» его родного языка; они не могут быть выражены средствами другого языка, не претерпев соответствующего ущерба или изменения» [Сепир, 1993, с. 196].

Во всех вышеизложенных рассуждениях о переводе, его объектах и единицах подчеркивается, что переводческая деятельность - это в основном работа по развитию, модификации и реконструкции смыслов автора.

С точки зрения герменевтики воспроизведение литературного текста состоит в реконструкции его актуализированного содержания, то есть смысла, в новой языковой форме.

В этой связи заслуживает особого внимания проблема перевода и интерпретации текста как основной единицы коммуникации, метода хранения и передачи информации, формы существования культуры, основного продукта определенной исторической эпохи.

1.2.

<< | >>
Источник: Громова Алла Викторовна. СИНТАКСИС КАК СРЕДСТВО ПОНИМАНИЯ СОДЕРЖАТЕЛЬНОСТИ ТЕКСТА ПРИ ПЕРЕВОДЕ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Тверь 2019. 2019

Еще по теме Понимание текста как перевод смыслов:

  1. Перевод как герменевтический метод понимания текста
  2. Громова Алла Викторовна. СИНТАКСИС КАК СРЕДСТВО ПОНИМАНИЯ СОДЕРЖАТЕЛЬНОСТИ ТЕКСТА ПРИ ПЕРЕВОДЕ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Тверь 2019, 2019
  3. ГЛАВА 1. ПЕРЕВОД КАК МЕТОД ОСВОЕНИЯ СМЫСЛОВОЙ СИСТЕМЫ ТЕКСТА
  4. Интерпретация как перевод понятого
  5. ГЛАВА 2. СИНТАКСИС КАК СОДЕРЖАТЕЛЬНАЯ СОСТАВЛЯЮЩАЯ ТЕКСТА
  6. Текст как результат взаимодействия плана выражения и плана содержания
  7. ГЛАВА 3. СИНТАКСИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ТЕКСТА КАК МЕТАСРЕДСТВО ПРОБУЖДЕНИЯ РЕФЛЕКСИИ
  8. Переводческая рефлексия в ситуации действования с текстами научной и технической литературы
  9. Структурно-семантические единицы текста
  10. Переводческая рефлексия в ситуации действования с художественным текстом
  11. Синтаксический рисунок художественного и научного текста
  12. Учебное задание как средство достижения личностных результатов обучения
  13. §1.2 Профессионально-личностное развитие субъекта труда как предмет психологического исследования