<<
>>

Глава 1 слом СУХОГО ЗАКОНА В СОВЕТСКОЙ РОССИИ

Октябрьская революция взяла в союзники ограниче­ния на алкоголь (1). Советское правительство на различных этапах антиалкогольной борьбы, которая по значимости приравнивалась к борьбе с туберкулезом и венерическими заболеваниями, издавало ряд декретов и постановлений.

Сразу после победы Октябрьской революции 8 ноября 1917 года Петроградский военно-революционный комитет издал приказ, который гласил:

«1. Впредь до особого распоряжения воспрещается производство алкоголя и всяких “алкогольных напитков”.

2. Предписывается всем владельцам спиртовых и винных складов, всем фабрикантам алкоголя и “алкоголь­ных напитков” не позже 27-го сего месяца довести до све­дения о точном местонахождении склада.

3. Виновные в неисполнении приказа будут преданы Военно-революционному суду» (2).

Что любопытно, в ноябре 1917 года было сломано все: государственная машина, государственный аппарат, го­сударственный строй, уничтожены судебные и прокурор­

ские органы, полиция... а трезвость была оставлена как преемница старых нормальных человеческих отношений и традиций, было продолжено формирование у населения культуры трезвости.

Следующим актом, предпринятым ВРК в ноябре ме­сяце, было уничтожение винных погребов и разгон вин­ных погромов, который организовали люди, не довольные Советской властью и мечтавшие утопить в вине револю­цию. В декабре 1917 года Советское правительство прод­лило запрет на торговлю водкой (3).

2 декабря 1917 года Петросовет под председатель­ством Л. Д. Троцкого (1879-1940) принял резолюцию «О пьянстве и погромах», создавшую чрезвычайную ко­миссию по борьбе с пьянством и погромами во главе с Благонравовым Г. И. (1896-1938) и предоставившую в распоряжение комиссии военную силу. Комиссару Благо­нравову предписывалось «уничтожить винные склады, очистить Петроград от хулиганских банд, р азоружить и арестовать всех, порочивших себя участием в пьянстве и разгроме».

Позднее комиссию, по предложению В. И. Ле­нина, возглавил Бонч-Бруевич В. Д. (1873-1955), который повел работу против пьяных погромов более решительно и последовательно. Вот как писала газета «Известия ЦИК» о том времени в своем воззвании к народу:

«Ко всему населению Петрограда

Граждане! Товарищи!

Темные силы вас подстерегают. Они вызвали мятежи генералов Каледина, Корнилова и других, чтобы затопить в крови народную революцию. Одновременно эти темные силы пытаются создать анархию и беспорядки в стране и, особенно, в красном Петрограде. Они толкают бессозна­тельных и слабых людей на пьянство и погромы.

Всякий, кто в нынешний тревожный момент устраи­вает беспорядки или способствует им, есть враг революции и русского народа. Все сознательные люди обязаны всеми

мерами прекращать анархию и содействовать восстановле­нию революционного порядка.

Не прикасайтесь к вину: это яд для нашей свободы! Не допускайте разгромов и эксцессов: это смерть для рус­ской революции!

Как честные граждане единодушно выступите на борь­бу со злыми силами, сеющими беспорядок. Поддержите Со­вет рабочих и солдатский депутатов в его работе по охране революционного Петрограда» (4).

6 декабря 1917 года Особый комитет по борьбе с погро­мами ввел в Петрограде осадное положение. Около винных складов были установлены пулеметы, за попытку разгрома расстреливали без предупреждения.

Помимо Военно-революционного комитета и Совета рабочих и солдатских депутатов, охраной правопорядка в Петрограде занималась и созданная после Октября си­стема революционных судов. Суды создавались самими рабочими. В их состав входили представители районных Советов, профсоюзов, фабрично-заводских комитетов. В основном, пролетарские суды рассматривали дела о кра­жах, спекуляции, хулиганстве, пьянстве. Меры наказания в большинстве своем ставили своей целью перевоспита­ние преступников.

В результате принятых энергичных мер в течение де­кабря 1917 года с винными погромами в Петрограде было покончено. Это не могло не повлиять на положение в го­роде.

Количество преступлений уменьшилось, улучши­лась моральная обстановка в Петрограде. Петроградские рабочие создавали отряды для блокирования складов спиртного, патрулировали улицы города, арестовывали пьяных, хулиганов, спекулянтов, входили в состав судов. В определенной мере установление твердого революци­онного порядка отразилось и на физическом здоровье людей (5). Так, 13 мая 1918 года ВЦИК и СНК приняли декрет «О предоставлении народному комиссару продо­

вольствия чрезвычайных полномочий по борьбе с дере­венской буржуазией, укрывающей хлебные запасы и спе­кулирующей ими». Декрет предусматривал уголовную ответственность за самогоноварение до 10 лет тюрьмы с конфискацией имущества (6).

В то же время чуть ранее, а точнее 13 апреля 1918 года, В. И. Ленин подписал декрет «Об акцизе на спирт, вино, дрожжи, папиросные гильзы, бумагу и спички». Имен­но этот декрет положил начало развития производства и торговли спиртным уже в советское время, началось по­пятное движение (7). Дальнейшая деятельность Высшего Совета народного хозяйства была направлена на национа­лизацию винокуренных и спиртоочистительных заводов с целью пополнения государственных запасов спиртных из­делий (8). Закономерный вопрос задает доктор историче­ских наук А. Н. Якушев в одной из своих многочисленных работ: «Зачем пополнять то, с чем только так активно не­давно боролись. Не лучше ли эти заводы перепрофилиро­вать для выпуска соков, уксуса, соусов, джемов, наконец, вкусной мандариновой и апельсиновой карамели?» (9). А затем в июле 1918 года правительство молодой Советской Республики еще раз приняло постановление о запрете производства самогона и торговле водкой на период Граж­данской войны и международной интервенции. Из декрета ВЦИК и СНК о борьбе с продовольственным кризисом и расширении полномочий народного комиссариата продо­вольствия от 9 мая 1918 года:

«...Всероссийский Центральный исполнительный комитет постановил:

3. Объявить всех, имеющих излишек хлеба и не вы­возящих его на ссыпные пункты, а также расточающих хлебные запасы на самогонку, врагами народа, предавать их революционному суду с тем, чтобы виновные пригова­ривались к тюремному заключению на срок не менее 10 лет, изгонялись навсегда из общины, все их имущество подвер­

галось конфискации, а самогонщики, сверх того, присужда­лись к принудительным общественным работам.

Председатель ВЦИК Я. Свердлов

Председатель СНК В. Ульянов (Ленин) Секретарь ВЦИК Аванесов» (10).

23 июля 1919 года было проведено межведомственное совещание, в котором приняли участие представители от народных комиссариатов внутренних дел, юстиции, зем­леделия, торговли, финансов и других ведомств (11). На со­вещании были высказаны предложения о необходимости более широкого привлечения трудящихся к антиалкоголь­ной борьбе, а также о возложении общего руководства ею на специальный государственный орган. Это обсуждение и легло в основу нового антиалкогольного постановления Совета Народных Комиссаров 1919 года (12).

19 декабря 1919 года СНК РСФСР принял постановле­ние за подписью В. И. Ленина - «О воспрещении на тер­ритории страны изготовления и продажи спирта, крепких напитков и не относящихся к напиткам спиртосодержащих веществ», предусматривающее строгие меры: не менее 5 лет тюремного заключения с конфискацией имущества.

Некоторые авторы данное постановление СНК от­носят к началу отступления от трезвой жизни и сухого закона, но это не совсем так. Первые послабления в от­ношении алкоголя произошли в самом начале января 1920 года. За подписью С. Бричкиной, секретаря Совнар­кома, было внесено изменение в постановление от 19 де­кабря 1919 года, и было разрешено производить и прода­вать вино виноградное крепостью до 12 градусов (13). В самом же постановлении от 19 декабря 1919 года никаких послаблений не было.

26 августа 1920 года Председатель СНК В. И. Ленин подписал декрет «Об объявлении всех запасов вин, ко­ньяков и водочных изделий государственной собственно­стью» (14). Профессор А. Н. Якушев сообщает, что к это­

му времени было национализировано 953 спиртоводочных завода, большая часть выпускаемого спирта которых шла на изготовление пороха, применялась в качестве моторно­го топлива. А для упорядочения деятельности заводов при ВСНХ был организован Главспирт (Госспирт) (15).

22 декабря 1920 года проходил VIII Всероссийский съезд Советов, на котором выступил председатель ГО- ЭЛРО Г. М. Кржижановский 12/24 января 1872 г. - 31 мар­та 1959 г.). Отдельным тезисом в плане выражалась уве­ренность в том, что «запрещение потребления алкоголя должно быть проведено и далее в жизнь как, безусловно, вредного для здоровья населения» (16). В то же время у разработчиков плана ГОЭЛРО были и серьезные заблуж­дения относительно пива. В плане прямо так и утвержда­лось, что «с целью представить населению напиток, менее вредный для здоровья, чем контрабандная самогонка, по мере восстановления сельского хозяйства и получения до­статочного количества ячменя следует восстановить пи­воваренное производство с допущением ограниченного содержания алкоголя, причем существующих пивоварен­ных заводов будет достаточно для снабжения пивом на­селения в умеренном размере» (17). Как говорится, здесь любые комментарии будут излишни.

Профессор А. В. Николаев в своей работе «Антиал­когольные кампании XX века в России» сообщает на стра­ницах журнала «Вопросы истории» любопытные факты. Оказывается, 20 мая 1921 года Политбюро РКП(б) обсуж­дало вопрос о налогообложении виноградников; была соз­дана комиссия по вопросу «О разрешении употребления вина» (18). 7 июля 1921 года на очередном заседании По­литбюро РКП(б) обсуждалось предложение «Об использо­вании вина для товарообмена». Учитывая такие контрре­волюционные поползновения против страны Советов, В. И. Ленин, выступая в конце мая 1921 года на X Всерос­сийской конференции РКП(б) (26-28 мая), указал: «.. .в от­

личие от капиталистических стран, которые пускают в ход такие вещи, как водку и прочий дурман, мы этого не до­пустим, потому что как бы они ни были выгодны для тор­говли, но они поведут нас назад к капитализму, а не вперед к коммунизму...» (19).

К сожалению, далее процесс по отступлению от трез­вости пошел во «все лопатки». 9 августа 1921 года была раз­решена продажа виноградного вина крепостью до 14% спир­та. Именно «ослабление антиалкогольных мер, - пишет кандидат юридических наук Ф. Н. Петрова, - вызвало рез­кий всплеск самогоноварения» (20). Об этом в 1926 году говорил и писал нарком здравоохранения Н. А. Семаш­ко. Профессора А. Н. Насыров, Н. Г. Загоруйко и другие в своей книге «Стратегия отрезвления» цитировали наркома по этому вопросу. Выступая перед рабочими-пищевиками 22 февраля 1926 года, Семашко на вопрос рабочего: «Пиво относится к вредным вещам?» - отвечал: «...Оно призывает к употреблению более крепких напитков. От пива хочется вина, от вина хочется водки» (21).

7 октября 1921 года В. И. Ленин как председатель СНК подписал декрет «Об ответственности за нарушение декрета о продаже виноградных, плодово-ягодных и изюм­ных вин». Декрет предусматривал серьезные наказания за спекуляцию или обмен алкогольных изделий крепостью свыше 14 градусов (лишение свободы, конфискация всего или части имущества) (22).

Далее, за подписями Председателя СНК РСФСР А. Цюрупы, Управляющего делами СНК РСФСР Н. Горбу­нова и секретаря СНК РСФСР Л. Фотиевой был утвержден декрет от 8 декабря 1921 года «О продаже виноградных вин», согласно которому разрешили продавать вино кре­постью до 20 процентов спирта (23).

5 января 1922 года А. М. Калинин подписал декрет ВЦИК «Положение об управлении государственным ви­ноградарством и виноделием», согласно которому при На­

родном комиссариате земледелия РСФСР было учреждено Правление государственного виноградарства и виноделия. А далее пошло-поехало. Советское государство постепенно стало втягиваться в алкогольную вакханалию.

Затем все пошло ускоренными темпами, постанов­лением ВЦИК и СНК от 3 февраля 1922 года разрешили продажу пива (24). 20 апреля 1922 года декретом ВЦИК и СНК СССР разрешили торговать вином на всей террито­рии СССР (25). В результате страна окунулась в безумное бражничанье.

В конце марта 1922 года проходил XI съезд РКП (б), где В. И. Ленин выступил с заключительным словом по политическому отчету ЦК РКП (б), где, в частности, под­черкнул: «Если крестьянину необходима свободная тор­говля в современных условиях и в известных пределах, то мы должны ее дать, но это не значит, что мы позволим торговать сивухой. За это мы будем карать» (26). Что при­мечательно, карать планировали только за частное произ­водство сивухи, но не за государственное производство алкогольной отравы. Так постепенно уничтожались те ограничения в производстве алкоголя, которые были при­няты ранее.

20 апреля 1922 года за подписью М. И. Калинина и А. И. Рыкова вышел в свет декрет ВЦИК и СНК «О рас­пространении на всю территорию РСФСР и на все со­юзные с ней Советские Республики декретов о продаже вин» (27). А 27 июля 1922 года декретом ВЦИК и СНК предусматривалась организация Государственного вино­градарства и виноделия в РСФСР и союзных советских республиках (28). В журнале «Экономист» за 1922 год по­явились провокационные статьи профессора И. Х. Озеро­ва (1869-1942) «О регулировании денежного обращения» и «Злой рок нашего бюджета», в которых автор призывал расширить продажу алкогольных изделий в стране, что даст в бюджет дополнительных 250 млн руб. золотом. Га­

зета «Правда» на первой полосе поместила редакционную статью «Это не пройдет», где аргументированно доказыва­ла обратное: «.Бедствия от открытия в настоящих усло­виях продажи водки не выявятся полностью на другой же день, но они неисчислимы. Но одно мы можем сказать с уверенностью: чтобы ни предпринимали крепостники и биржевики, какие бы мины они ни подкладывали под эту нашу позицию - позицию трезвости, - им ее не взорвать. Наше отступление в целом закончено. Но прорыва, ко­торый повлек бы за собой сдачу такой командной высо­ты, какой является для нас народная трезвость, вы нам не устроите. Это не пройдет!» (29). К сожалению, ошибся главный редактор газеты «Правда» Бухарин Николай Ива­нович (1888-1938), победила позиция алкогольной мафии. Уже 29 декабря 1922 года была опубликована «Инструк­ция о продаже виногр адных, плодово-ягодных и изюмных вин распивочно в ресторанах и столовых» (30).

Во времена нэпа голову подняли самогонщики. Не случайно именно против самогоноварения был направлен главный удар коммунистической пропаганды. Одним из первых нанес его Владимир Маяковский агитационным лубком 1923 года «Вон - самогон!» (31). Идеологическая по­доплека антисамогонной кампании очевидна: стихи, иллю­стрированные автором, трактовали потребление алкоголя как политическое зло, провоцируемое врагами советской власти. Соответственно борьба с алкоголем уподоблялась борьбе с контрреволюцией. Не случайно очень близка их образная трактовка - в виде зеленого змия. Усилено было и законодательство в отношении самогонщиков. Так, в но­ябре 1922 года 140 статья УК РСФСР, предусматривавшая лишение свободы на срок не ниже 1 года с конфискацией части имущества, была изменена в сторону ужесточения карательной практики. Теперь «изготовление и хранение для сбыта, а равно торговля самогоном в виде промысла с целью личного обогащения карается лишением свободы

на срок не ниже трех лет со строгой изоляцией, конфиска­цией всего имущества и поражением в правах на срок до пяти лет». За самогоноварение без цели сбыта и хранение спиртного предусматривался штраф до 500 рублей золо­том или 6 месяцев принудительных работ (32).

В целом неэффективной, а то и провокационной оказалась деятельность созданной по инициативе пре­зидиума ВЦИК и утвержденной решением политбюро ЦК РКП(б) 27 сентября 1923 года постоянной комиссии для борьбы с самогоном, кокаином, пивными и азартными играми под руководством П. Г. Смидовича (1874-1935). В рекомендациях комиссии, наряду с мерами администра­тивного воздействия и культурно-просветительной рабо­той, ставился также «вопрос о вине и пиве как возмож­ном отвлекающем от самогона». Но вытеснить самогон с помощью продажи пива и виноградных вин никак не по­лучалось. Это все равно, что пожар тушить бензином и керосином. Совершенным головотяпством, как говорили тогда, оказались попытки завоевать деревенский рынок посредством 30-градусных наливок (33). Именно 30 янва­ря 1923 года за подписью заместителя председателя СНК Л. Каменева был подписан декрет «О разрешении выдел­ки и продажи наливок и настоек» с содержанием алкоголя до 30 градусов (34).

Широкую кампанию борьбы с самогонщиками (по РСФСР в 1923 году было изъято 115 тысяч самогонных аппаратов, а в следующем году - 135 тысяч) стимули­ровала введенная система премиальных отчислений от штрафов (35). Специальное постановление правительства «О распределении штрафных сумм, взыскиваемых в судеб­ном и административном порядке за незаконное изготовле­ние, хранение и сбыт спиртных “напитков” и спиртосодер­жащих веществ» от 20 декабря 1922 года предусматривало поступление половины взысканных сумм для поощрения сотрудников милиции, а остаток делился поровну между

«прочими лицами», способствовавшими изъятию, и мест­ными исполкомами. В результате страна была очищена от самогоноварения за считанные дни (36).

В 1923 году на июньском пленуме ЦК РКП(б) был поставлен вопрос о государственной монополии на про­дажу водки. Вокруг принятия соответствующего закона развернулась горячая дискуссия между И. В. Сталиным и Л. Д. Троцким, который выступал против монополии и счи­тал недопустимым «построить бюджет на продаже водки». Победила позиция Сталина и его приверженцев. 26 августа 1923 года ЦИК СССР и СНК СССР издали постановление о возобновлении производства и торговли спиртными из­делиями в СССР (37). После этого по имени Председателя СНК СССР Рыкова А. И. (1881-1938) в народе за водкой на некоторое время закрепилось название «рыковка». По под­счетам профессора А. Н. Якушева, за 1923 год СНК было принято свыше 20 декретов, направленных на повышение твердых акцизных ставок со спиртных изделий, что от­ражает устойчивую тенденцию расширения объемов про­изводства алкогольных изделий, повышения их крепости, расширения мест и объемов продажи их населению (38). По данным академика Станислава Густавовича Струми- лина (1877-1974), собранным в 1923-1924 годах, самой рас­пространенной формой досуга всех слоев городского на­селения Советской России являлись визиты, которые чаще всего сопровождались выпивкой (39).

3 декабря 1924 года постановлением ЦИК и СНК были допущены к производству и продаже наливки кре­постью до 30 градусов, получившие название «Русская горькая» (40). В конечном итоге И. В. Сталин во главе се­мерки в Политбюро ЦК ВКП (б) «продавил» алкогольный вопрос. Несмотря на сопротивление значительного числа членов ЦК партии, И. В. Сталину удалось на Октябрьском (1924) пленуме ЦК РКП(б) протащить решение о государ­ственном производстве и торговле водкой, правда как «вы­

нужденную», «грязную» и «временную» меру. Декретом от 28 августа 1925 года была допущена продажа 40-гра­дусной водки с 1 октября 1925 года (41). На XIV съезде ВКП (б) И. В. Сталин в декабре 1925 года в частности гово­рил: «Кстати, два слова об одном из источников резерва - о водке. Есть люди, которые думают, что можно строить социализм в белых перчатках. Это - грубейшая ошибка, товарищи. Ежели у нас нет займов, ежели мы бедны капи­талами и если, кроме того, мы не можем пойти в кабалу к западноевропейским капиталистам, не можем принять тех кабальных условий, которые они нам предлагают и которые мы отвергли, то остается одно: искать источники в других областях. Это все-таки лучше, чем закабаление. Тут надо выбирать между кабалой и водкой, и люди, кото­рые думают, что можно строить социализм в белых пер­чатках, жестоко ошибаются» (42).

Постановлением СНК РСФСР от 9 сентября 1926 года были отменены премии милиции, отчисляемые от штраф­ных денег самогонщиков, а с 1 января 1927 года вступил в силу новый Уголовный кодекс РСФСР, не предусматриваю­щий наказаний за самогоноварение. Перестало оно пресле­доваться и в административном порядке (43).

А вспомним, о чем писал И. В. Сталин 20 марта 1927 года в известном «Письме Шинкевичу»: «Что лучше: кабала заграничного капитала или введение водки - так сто­ял вопрос перед нами. Ясно, что мы остановились на водке, ибо считали и продолжаем считать, что, если нам ради по­беды пролетариата и крестьянства предстоит чуточку вы­пачкаться в грязи, - мы пойдем и на это крайнее средство ради интересов нашего дела... Пленум ЦК нашей партии принял решение о введении водочной монополии» (44). И пошло наше Отечество шатко или валко, но семимильными шагами к макушке мировой алкогольной пирамиды.

В январе 1925 года, отвечая на вопросы делегатов первого Всесоюзного съезда учителей, председатель

СНК СССР А. И. Рыков сказал: «Главным мотивом, кото­рый побудил нас выпустить водку, является наличие са­могона. Когда мы издавали закон, допускающий продажу “горькой”, то здесь играли роль не столько доходные сооб­ражения, сколько невозможность при настоящих условиях побороть самогонщика исключительно одними админи­стративными мерами» (45).

5 ноября 1927 года в беседе с иностранными рабочими И. В. Сталин ответил на ряд вопросов:

Вопрос: Как увязывается водочная монополия и борь­ба с алкоголизмом?

Ответ: «Когда мы вводили водочную монополию, перед нами стояла альтернатива: либо пойти в кабалу ка­питалистам, сдав им целый ряд важнейших заводов и фа­брик, и получить за это известные средства, необходимые для того, чтобы обернуться; либо ввести водочную моно по - лию для того, чтобы заполучить необходимые оборотные средства для развития нашей индустрии своими собствен­ными силами и избежать, таким образом, иностранную ка­балу... Конечно, вообще говоря, без водки было бы лучше, ибо водка есть зло. Но тогда пришлось бы пойти временно в кабалу к капиталистам, что является еще большим злом. Поэтому мы предпочли меньшее зло. Сейчас водка дает более 500 миллионов рублей дохода. Отказаться сейчас от водки - значит отказаться от дохода, причем, нет никаких оснований утверждать, что алкоголизм будет меньше, так как крестьянин начнет производить свою собственную водку, отравляя себя самогоном.

Значит ли это, что водочная монополия должна остаться у нас и в будущем? Нет, не значит. Водочную монополию ввели мы как временную меру. Поэтому она должна быть уничтожена, как только найдутся в нашем народном хозяйстве новые источники для новых доходов на предмет дальнейшего развития нашей промышлен­ности.» (46).

Печальной тенденцией 20-х годов стало пьянство комсомольцев и членов ВКП (б), особенно выдвиженцев. Последнее обстоятельство была вынуждена констатиро­вать Контрольная комиссия ЦК ВКП (б) еще в 1924 году. Не случайно в народе бутылку в 0,1 л стали именовать «пионером», 0,2 л - «комсомольцем», а поллитровку ува­жительно величали «партийцем». Крестьянская частушка метко била «не в бровь, а в глаз»:

Зарекались комсомольцы Вино пить, табак курить; Скорей курица отелится, Да что там говорить.

В ходе обследования деятельности фабрично-завод­ских партийных ячеек в ряде городов (Тула, Казань, Пенза и Череповец) выяснилось, что среди выдвиженцев из про­летарских рядов «.пьянство в два раза сильнее, чем сре­ди рабочих от станка» (47).

Таким образом, сделаем некоторые выводы. Во-пер­вых, сухой закон в России был ликвидирован не народом, а тогдашними чиновниками от ВКП (б) и советской власти. Во-вторых, в ликвидации сухого закона была заинтересо­вана внешняя и внутренняя алкогольная мафия. В-третьих, сухой закон в нашем Отечестве был отменен как «мера вре­менная, необычного свойства». В-четвертых, сухой закон, конечно же, не решает коренным образом алкогольную про­блему, но он системно влияет на одну из двух причин алко­голизации народа, резко сокращая алкогольный прилавок в стране. В-пятых, для бесповоротного решения алкоголь­ной проблемы в стране гармонично должен применяться как сухой закон, так и повсеместное применение массового перепрограммирования всего населения с так называемой «культуры пития» на культуру трезвости, то есть приме­нение «системы пресса». В-шестых, именно сухой закон

является залогом решения такой наболевшей проблемы, как самогоноварение, брагоизготовление, варение домаш­него пива, наливок и прочих гадостей, потому как при сухом законе нарушителей его видно сразу. В-седьмых, в 1914-1920 гг. как такового сухого закона не было, а были те или иные серьезные ограничения в торговле алкоголем. В-восьмых, трезвенническое движение России в 1914 году не прекратило свою работу, как склонны писать некото­рые авторы, оно продолжило свою деятельность вплоть до 1917 года, а некоторые трезвеннические организации были закрыты только в 1918 году. В-девятых, первое от­ступление от трезвости началось не в 1925 году, как пи­шут некоторые авторы, и даже не в 1920 году, а попятное движение началось весной 1918 года. И наконец, в-десятых, опыт истории нашего Отечества показал, что без введения настоящего сухого закона, наряду с воспитанием у населе­ния культуры трезвости, алкогольную проблему в стране решить невозможно.

<< | >>
Источник: Маюров А.Н.. Борьба с пьянством в России с древних времен до наших дней / Сост., предисл., примем. А. Н. Маюрова / Отв. ред. О. А. Платонов. — М.: Институт русской цивилиза­ции,2016. — 880 с.. 2016

Еще по теме Глава 1 слом СУХОГО ЗАКОНА В СОВЕТСКОЙ РОССИИ:

  1. Организационно-правовые основы становления и развития органов дознания в России (к 300-летию образования полиции России): моно­графия. — СПб.: Изд-во СПб ун-та МВД России,2018. — 180 с., 2018
  2. ГЛАВА 2. ОЦЕНКА СИСТЕМЫ ПЕРСОНАЛЬНЫХ ФИНАНСОВ РОССИИ
  3. ГЛАВА 3. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ МОДЕРНИЗАЦИИ СИСТЕМЫ ПЕРСОНАЛЬНЫХ ФИНАНСОВ РОССИИ
  4. Модернизация государства, власти, права и общества: человеческое измерение: коллективная монография / под общ. ред. К.А. Ишекова; РПА Минюста России, Поволжский (г. Саратов) юридический институт (филиал). - М.: РПА Минюста России,2014. - 292 с., 2014
  5. 1. Способы обеспечения законности в деятельности органов исполнительной власти
  6. 2. Виды контроля и надзора за законностью в деятельности органов исполнительной власти
  7. Тема 11. Обеспечение законности и дисциплины в государственном управлении
  8. § 5. Основания к отмене или изменению судебных постановлений, вступивших в законную силу
  9. § 3. Обеспечение законности при выборе вида и размера административного наказания как способ защиты прав граждан
  10. Шестаков Ю.А.. История государства и права России: учебное пособие. – М.,2018. - 310 с., 2018
  11. История государства и права России. Лекция, 2019
  12. Белковец Л. П., Белковец В. В.. История государства и права России. Курс лекций. — Новоси­бирск: Новосибирское книжное издательство,2000. – 216с., 2000
  13. Шпаргалка по истории государства и права России [Текст]. —Новосибирск: Норматика,2017. — 186 с., 2017
  14. История России в вопросах и ответах: Учеб. пособие / Сост. Н.Н. Быкова, А.М. Курышов, А. А. Распопина, Г. А. Цыкунов, Т.А. Яковле­ва. — Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2007, 2007
  15. Маюров А.Н.. Борьба с пьянством в России с древних времен до наших дней / Сост., предисл., примем. А. Н. Маюрова / Отв. ред. О. А. Платонов. — М.: Институт русской цивилиза­ции,2016. — 880 с., 2016
  16. История России: Люди. Нравы. События: взгляды и оценки. 1881 - 2005 гг. -М.,2005. — 640 с., 2005
  17. Медведева Екатерина Алексеевна. ПРАВОВОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПО СОХРАНЕНИЮ ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ РОССИИ В XVIII - ХХ ВВ. (ИСТОРИКО-ПРАВОВОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ). Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2019, 2019
  18. Глава 1. ЛИТЕРАТУРНЫЙ ОБЗОР
  19. Глава I. ОПТИЧЕСКИЕ АНОМАЛИИ В КРИСТАЛЛАХ.
  20. Глава 5. ПРОМЫШЛЕННАЯ АПРОБАЦИЯ РЕЗУЛЬТАТОВ