<<
>>

Глава 2 БОРЬБА С ПЬЯНСТВОМ И СПАИВАНИЕМ НАРОДА В КОНЦЕ XIX - НАЧАЛЕ XX ВЕКА

В 1887 году Л. Н. Толстой (28 августа/9 сентя­бря 1828 г. - 7/20 ноября 1910 г.) вместе с Н. Н. Миклухо- Маклаем (5/17 июля 1846 г. - 2/14 апреля 1888 г.), П. И. Би­рюковым (3/15 ноября 1860 г.

- 10 октября 1931 г.), Н. Н. Ге (младшим) (15/27 февраля 1831 г. - 1/13 июня 1894 г.) и мно­гими другими известными лицами того времени подписал «Согласие против пьянства» и создал у себя в имении обще­ство трезвости. Подобные общества привлекли внимание правительственных учреждений и духовенства. В 1889 го­ду Священный Синод предложил духовенству заняться созданием трезвеннических организаций. В 1890 году было основало Петербургское общество трезвости, в 1891 - Одес­ское, в 1892 - Казанское, в 1893 - Рыбинское, а в 1895 году - Московское общество трезвости.

Особенно активно работало Казанское общество трезво­сти, председателем которого являлся А. Г. Соловьев (6/18 ноя­бря 1853 г. - 3 декабря 1918 г.). За два года общество издало много брошюр и книг. В 1891 году было создано Нижне-Тагиль­ское общество трезвости, а в 1893 году: Подольское, Рыбин­ское, Сарапульское, Тобольское и другие. В 1896 году в Киеве было открыто Юго-Западное общество трезвости. В 1898 году созданы общества трезвости в Туле и Астрахани (1).

В то время в России стали издаваться трезвеннические журналы: с 1894 года в С.-Петербурге «Вестник трезвости», с 1896 в Казани - «Деятель», а с 1898 - «Народная трезвость», приложение к журналу «Наше хозяйство», и другие (2).

В состав указанных обществ входили главным образом рабочие фабрик, ремесленники и крестьяне. В учреждении

и работе обществ трезвости активное участие принимали видные русские врачи (А. М. Коровин, Н. И. Григорьев), а также другая прогрессивная русская интеллигенция.

Как нам уже известно, наряду с введением винной монополии в 1895 году, Витте провел ряд мини-реформ, в частности учредил Попечительство о народной трезво­сти, спиртное стали продавать исключительно в запеча­танной посуде и мелкой расфасовке.

Вторая мера привела к тому, что, во-первых, «пьянство основательно завоевало семью»; во-вторых, у магазинов появились стаканщики. Мелкая расфасовка способствовала доступности спиртно­го. Что же касается попечительств о народной трезвости, то достаточно вспомнить, что состав этих учреждений был насквозь бюрократический, и главенствующую власть в них почти всегда занимали одни и те же люди, которые правой рукой насаждали пьянство, а левой пробовали по­ставить его в рамки приличия.

Питейная монополия (ПМ) - исключительное право казны продавать спиртные изделия; главной целью при установлении ПМ является увеличение государственных доходов; сверх того, выдвигаются охрана народного здо­ровья (созданием попечительств о народной трезвости), борьба с пьянством, устранение эксплуатации населения кабатчиками. При ПМ производство спирта может оста­ваться в частных руках, государство лишь скупает спирт, очищает его, приготовляет алкогольную отраву и продает ее через своих чиновников или частных лиц по поруче­нию. ПМ, кроме России, с 1894 года существовала в Сер­бии, Швейцарии, в Швеции и Норвегии. В Большой совет­ской энциклопедии такая монополия называется «винной» (ВМ) и представлена в ином свете: «В дореволюционной России - монополия государства на производство спирт­ных изделий и торговлю ими. Существовала наряду с винными откупами в течение XVII в. и в первой половине XVII в. Окончательно утвердилась в конце XIX в. Введена

по инициативе С. Ю. Витте вначале в 4 губерниях (Перм­ской, Оренбургской, Уфимской, Самарской), в последую­щие годы распространена на всю страну. Установление ВМ было продиктовано интересами государственной казны и винокуров-помещиков. С введением ВМ доходы кабатчиков и откупщиков перешли в руки правительства. В 1913 году стоимость всей потребляемой водки состав­ляла 200 млн руб., а население уплатило за нее государ­ству 900 млн руб.» (3). Как сообщает Т. Касевич и другие исследователи вопроса, четвертая питейная монополия «в полной мере действовала недолго»: с 1906 по 1913 год.

Предлагаем остановиться на алкогольной рефор­ме Сергея Юльевича более детально. Подготовка и ста­новление реформы начались еще в 1895 году. С 1898 по 1904 год она постепенно распространялась по всей стране. А в 1904 году, с уходом Витте с поста министра финансов, правительство пересмотрело свое отношение к госмонопо- лии, задав ей совсем иные цели и задачи. Поэтому то, что принято называть монополией Витте (с 1906 по 1913 г.), - в реальности очень далеко от того, что задумывал и пытался воплотить сам министр.

В качестве главной цели, которую якобы ставил перед питейной монополией Витте, зачастую определяется фи­скальная составляющая. Так ли это в действительности? Изначально идея монополии принадлежала даже не мини­стру финансов, а самому императору - Александру III. Как писал тогда Сергей Юльевич Витте, «его (императора. - Прим. сост) крайне мучает и смущает то, что русский народ так пропивается и что необходимо принять какие- нибудь решительные меры против этого пьянства». Стоит отметить, что предшественники Витте - министры Бунге и Вышнеградский - единодушно считали это дело неис­полнимым и безрезультатным.

Когда пост министра финансов занял Витте, то Алек­сандр III после долгих консультаций с ним пришел к за­

ключению, что полумерами, как откупная или акцизная система, здесь не обойтись, а потому решили вводить пи­тейную монополию. В итоге была задумана такая рефор­ма, которая по своему масштабу была чем-то совершенно необычайным, причем не только для России: она почти не имела аналогов в мире.

Что же касается ее целей, то на самом деле их было три:

• увеличение доходов казны;

• улучшение «качества» крепких изделий;

• повышение «культуры» их потребления.

Так которая из них все же была главной? Из вышеозна­ченных проблем, как повелось на Руси, самыми острыми и наболевшими были именно вторая и третья (вспомним тре­воги императора). Проблема увеличения госбюджета - веч­ная головная боль государства - на фоне экономического роста того периода не была столь уж насущной.

Ее вполне можно было рассматривать как получение дополнитель­ных, но не жизненно важных доходов казны.

Таким образом, задачи питейной монополии, прежде всего, определялись выпуском «качественной» государ­ственной водки и повышением так называемой «культуры» потребления алкоголя. Это подтверждается и расширением полномочий губернаторов и управляющих акцизными сбо­рами по надзору за водочной торговлей и созданием с само­го начала развертывания питейной монополии комитетов попечительства о народной трезвости.

Сам Витте, по свидетельствам историков и мемуа­ристов, уделял этой реформе колоссальное количество времени и пытался лично ознакомиться с ходом ее реали­зации: посещал губернии, казенные винные лавки, вино­куренные заводы и очистительные склады. Кроме того, министерство финансов в тот период выпустило огромное количество циркуляров по вопросам питейной монопо­лии, что также во многом говорит о серьезном отношении и детальнейшей проработке этого вопроса.

По словам Витте, последствия от нового закона долж­ны были оказаться «благоприятными как с точки зрения финансовой, так и с точки зрения народного хозяйства, на­родного здравия и общественной нравственности» (4).

Основную мысль питейной монополии Витте опреде - лял следующим образом: «Никто не может продавать вино, иначе как государство, и производство вина должно быть ограничено теми размерами, в каких сие вино покупает го­сударство, а следовательно, и удовлетворять тем условиям, какие государство ставит как откупщик» (5).

Согласно положению Закона о казенной продаже пи- тей оптовая и розничная торговля спирта, хлебного вина и водочных изделий стали составлять исключительное право государства. Производились спиртные изделия на казен­ных предприятиях, хранились - на казенных складах и про­давались - в казенных винных лавках. При этом действие питейной монополии не распространялось на продажу ви­ноградных вин, пива, портера, меда и браги.

Кроме механизма реализации спиртных изделий, пи­тейная монополия предписывала и жесткие требования по так называемому качеству алкогольного зелья. Так, вся вод­ка, поступавшая в продажу, должна была быть приготовле­на из ректифицированного спирта, подвергнута холодной очистке через уголь и иметь крепость не ниже 40 градусов.

Существовавшая до винной монополии акцизная сис­тема предполагала производство алкогольных изделий с повышенным содержанием спирта всеми, у кого для этого были деньги и желание.

К ликерам, водкам и наливкам тех времен практико­вались добавки различных эссенций, состоящих из слож­ных эфиров капроно-, каприно- и каприловых кислот и метилового, этилового и преимущественно амилового ал­коголей. Нередко в «высшем питие» встречалась примесь гаултерового масла. Такие отравляющие изделия при их употреблении могли вызывать конвульсии и эпилептиче­

ские судороги. Страшно сказать, но для крепости добавля­лась порой даже серная кислота.

Так что повышение так называемого качества креп­кого алкоголя было одной из главных целей задуманной реформы. При этом Центральная химическая лаборатория совместно с Министром финансов добивались того, что­бы одним из ее главных принципов стали не только кон­центрация всего производства водки в руках государства и установление на нее единого для всей страны высокого государственного стандарта качества, но и обязательное устранение искусственных примесей из этилового спирта, а само изготовление этого спирта производилось бы ис­ключительно из зерна.

Но... благими намерениями вымощена дорога в ад. Для современников Витте стал постоянным объектом критики. В числе прочего его обвинили и в спаивании на­рода. Однако после того, как он покинул пост министра финансов, реформу все же провели, неплохо «обогатив» казну, но не решив при этом главной проблемы - массо­вой алкоголизации. Правда, деятельность попечительств о народной трезвости принесла много положительного в жизни простого народа, в частности она охватывала три области - надзор за соблюдением правил торговли спиртными изделиями, обеспечение населения пищевым довольствием и приютами и организацию внешкольного образования. Повсеместно в России создавались чайные. Выступая в роли народных клубов, чайные были при­званы заменить кабаки и шинки, при этом они являлись орудиями воздействия на население в нравственном и воспитательном отношениях. Организуемые попечитель- ствами о народной трезвости воскресные школы и классы пришлись по душе рабочему и крестьянскому населению, о чем свидетельствует их высокая посещаемость. Вос­кресные школы и классы давали возможность научиться грамоте тем, кто в свое время по разным причинам ей не

обучился, а тем, кто почему-либо не окончил курса на­чальных школ, помогали восполнить свое образование, а также отвлекали рабочее население в часы досуга от праздного алкогольного препровождения времени.

В то же время серьезная неувязка в те времена была с созданием библиотек при попечительствах о народной трезвости. По сведениям О. Г. Букреевой, библиотеки по- печительств о народной трезвости были поставлены в наиболее жесткие законодательные и цензурные рамки по сравнению с другими народными библиотеками. С одной стороны, деятельность данных библиотек, открываемых благотворительной организацией, попадала под действие «Правил» 1890 года. С другой стороны, согласно «Прави­лам для устройства попечительствами о народной трезво­сти бесплатных библиотек-читален» процедуру открытия они должны были согласовать еще и с Министерством финансов, что устанавливало за ними надзор со сторо­ны трех министерств (Министерства внутренних дел, Министерства народного просвещения, Министерства финансов) и духовного ведомства и вдвое удлиняло про­цедуру открытия библиотек, а также лишало попечитель­ства возможности открывать их в населенных пунктах, где не было местного отделения Попечительства о народ­ной трезвости (6).

В России в конце XIX века просветитель С. А. Рачин­ский (2/14 мая 1833 г. - 2/15 мая 1902 г.) объезжал школы и обращался к учащимся с горячими увещеваниями бороть­ся за трезвость. Он же создал первые русские школьные общества трезвости (7).

На рубеже XIX и XX веков в России происходит подъ­ем в антиалкогольном воспитании и обучении трезвости подрастающего поколения. По утверждению Д. Я. Севе- рюхина и А. П. Керзума, в С.-Петербурге было создано Общество борьбы с алкоголизмом женщин и детей. По­ложение об его организации было утверждено 19 сен­

тября 1903 года Министерством внутренних дел. Перво­начально оно считалось автономным Отделом борьбы с алкоголизмом женщин при Обществе охранения здоровья женщин в С.-Петербурге, состоящем под покровитель­ством принцессы Е. М. Ольденбургской (20 марта /1 апре­ля 1845 г. - 4 мая 1925 г.). Это общество, в свою очередь, возникло в 1899 году как феминистическая организация, ставившая целью «развитие среди русских женщин люб­ви к физическим упражнениям, реформу современного женского костюма, популяризацию гигиены во всех слоях общества, выработку условий более нормального женско­го воспитания и прочее».

Отдел ставил задачей «распространять идею трезво­сти и вести борьбу с алкоголизмом женщин и детей всеми доступными для него средствами». Предполагалось устрой­ство чтений о вреде алкоголя, издание и распространение соответствующих книг, брошюр и листовок, а также орга­низация разнообразных благотворительных заведений для женщин и детей. В отдел принимались как члены Обще­ства охранения, так и сторонние лица; первые от взносов освобождались, для вторых ежегодный взнос составлял 1 рубль. Бессменной председательницей Комитета была литератор и педагог Евгения Александровна Чебышева- Дмитриева (1859-1923) (дочь известного ученого-крими­налиста А. П. Чебышева-Дмитриева), товарищем пред­седателя - граф Л. Б. Скаржинский (1852 - ?); в Комитет входили А. П. Архангельская, Н. Д. Гатцук, В. Ф. Древина, А. Н. Копец, В. Э. Огиевич, В. П. Орлова, Н. И. Петечин- ская, О. М. Решетина, З. А. Родионова, М. И. Хортик и др.

Отделом была открыта дешевая столовая на Малой Бо­лотной ул. (ныне ул. Красного Текстильщика) в доме Чуба­нова. Заведовала ею А. Н. Лаптева. Первоначально здесь об­служивалось до 100 человек в день, а отпускная стоимость обеда составляла 10-12 копеек. С 1906 года обеды выдава­лись безработным и бедным по абонементным книжкам от

организаций: Комиссии по благотворительности Городской Думы, Демократического союза конституционалистов, Со­юза инженеров, Римско-католического благотворительного общества и др., а также от В. А. Ратькова-Рожнова. Число ежедневно выдаваемых обедов доходило до 500. При столо­вой раз в неделю д-ром Н. П. Студенцовым осуществлялся бесплатный прием больных, страдающих как алкоголиз­мом, так и другими болезнями; за день приема проходило 40-70 пациентов. Здесь же велись чтения, была организова­на воскресная детская школа, а в 1907 году при содействии Санкт-Петербургского попечительства о народной трезво­сти открылась библиотека, включавшая 240 наименований противоалкогольной литературы (заведующая А. Е. Росси- кова). На Рождество устраивалась елка с подарками для де­тей. В 1906 году годовой бюджет отдела составил 7 750 руб­лей, из которых более половины тратилось на содержание столовой. Для пополнения средств устраивались благотво­рительные концерты и спектакли в Театре комедии и теат­ре «Пассажа». В 1906 году отдел вступил в основанный в Берлине Международный союз обществ трезвости, где его представлял гр. Л. Б. Скаржинский. Он же был представи­телем отдела на антиалкогольных конгрессах в Амстерда­ме, Познани, Стокгольме и Лондоне. С августа 1907 года столовая переехала в новое помещение на Лейхтенбергской (ныне Розенштейна) ул., 24, арендованное за 1000 руб. в год. Первоначально здесь ежедневно обслуживалось до 130 че­ловек (преимущественно женщин-работниц находящейся поблизости резиновой мануфактуры), но затем их число стало сокращаться, и в марте 1908 года столовую пришлось закрыть. Тогда же отдел получил субсидию в 5 000 руб. от Главного управления неокладных сборов и казенной прода­жи питей на устройство ночлежного приюта для женщин- алкоголичек (осуществить этот замысел не удалось).

К концу 1909 года деятельность Общества охранения здоровья женщины пришла в упадок, а вместе с тем сокра­

тилось и число членов отдела (на 1905 г. - 87, на 1908 - 32). В связи с этим было решено преобразовать его в незави­симое общество. Устав общества был утвержден 27 апреля 1910 года. Первое собрание состоялось 10 мая в помещении Русского женского взаимно-благотворительного общества. В Правление общества вошли Е. А. Чебышева-Дмитриева (председательница), гр. Л. Б. Скаржинский, В. И. Соколова, Л. Ф. Тераевич, М. Д. Челышев, О. А. Адрианова, А. Н. Ко- пец, доктора А. И. Вержбицкий, В. А. Волькенштейн, А. Л. Мендельсон, И. Д. Познанская, И. В. Сажин. Число членов общества стало превышать 70 человек.

Обществом было организовано бюро печати для сношения с газетами и лекторский кружок; составлено и разослано воззвание. Е. А. Чебышева-Дмитриева высту­пила в «Вестнике трезвости» со статьей «Роль женщи­ны в борьбе с алкоголизмом» (8). С декабря 1910 года по апрель 1911 года обществом было прочитано 11 публич­ных лекций о вреде потребления алкоголя - в аудитории Александровского рынка, в Народном доме гр. Паниной и Народном доме Нобеля, в Экспедиции заготовления государственных бумаг, на Санкт-Петербургском ме­таллическом заводе, Балтийском заводе, Невском судо­строительном заводе, Невской ниточной мануфактуре и Александровском вагоностроительном заводе. Общее число слушателей лекций превысило 7 000 человек. 9 мая 1911 года общество открыло дешевую столовую на Б. Сампсониевском пр., 61 (угол Тобольской ул.), где еже­дневно питалось от 35 до 70 человек. Здесь же были орга­низованы курсы кройки и шитья на 40 человек. Однако уже к концу 1911 года столовую пришлось закрыть за не­рентабельностью, причем к этому времени большая часть капитала общества была израсходована.

28 февраля 1912 года членами был зарегистрирован устав новой организации, получившей название Россий­ское общество борьбы с алкоголизмом, которое занима­

лось почти исключительно антиалкогольной пропагандой. Летом 1914 года оно организовало курсы алкоголеведения. После введения сухого закона в августе 1914 года его дея­тельность свелась на нет.

В 1905-1908 годах в Петербурге стало выходить бес­платное приложение к журналу «Трезвая жизнь» «Листок трезвости для школьников», а в 1909 году листок трезвой жизни для младших детей «Зорька».

Более семидесяти тысяч писем к автору «Войны и ми­ра» хранится в отделе рукописей Государственного музея Л. Н. Толстого. Подавляющее большинство этих ценней­ших документов нигде и никогда не публиковалось, по­скольку полное издание всей переписки великого писате­ля потребовало бы не менее двухсот пятидесяти-трехсот толстых томов большого формата (восемь тысяч пятьсот писем самого Л. Н. Толстого, собранных до 1959 года, за­няли тридцать томов его девяностотомного юбилейного собрания сочинений, изданного в 1928-1959 гг.!).

На некоторые письма борцов с алкоголепотреблени- ем и «дымоглотанием» Лев Николаевич обстоятельно от­вечал. Особенно охотно он откликался на письма русских врачей, активно участвовавших в массовом трезвенниче­ском движении 80-90-х годов XIX века и первого десяти­летия XX столетия.

«...Всей душой желаю успеха Вашей прекрасной деятельности», - писал Л. Н. Толстой 14 июня 1889 года организатору Одесского общества трезвости Александру Ивановичу Ярышкину. «Замечательным борцом с добро­вольным безумием, каковым является пьянство», называл Лев Николаевич выпускника медицинского факультета Московского университета, известного врача Петра Се­меновича Алексеева (1649- 1913). П. С. Алексеев помог Л. Н. Толстому основать в декабре 1887 года в Москве общество трезвости, названное «Согласием против пьян­ства». Работа П. С. Алексеева «О пьянстве» была опубли­

кована в журнале «Русская мысль» в 1891 году с предисло­вием Л. Н. Толстого «Для чего люди одурманиваются».

Доктор Алексеев помог также Александру Петровичу Куприянову и Василию Ивановичу Попову узаконить об­щество трезвости в станице Бесергеневской, отбить наветы богомольных водкопивцев и наскоки «черных воронов» - епархиальных и синодальных ревизоров и контролеров. Наверно, именно о таких людях, как он, Лев Николаевич Толстой говорил: «Не оскудела и никогда не оскудеет рус­ская земля подвижниками!». Сегодня эти слова звучат не менее актуально, чем сто лет тому назад (9).

Надо отметить, что движение за трезвость было ши­роко распространено в России. Лучшие умы нашего госу­дарства - Г. Р. Державин, Н. А. Добролюбов, Ф. М. Досто­евский, Л. Н. Толстой - в своих книгах и статьях гневно обрушивались на политику алкоголизации российского крестьянства, проводившуюся в XIX веке правительством России. Понимая, чем грозит пьянство и какие беды оно может принести народу, они, подобно западным мора­листам (руководствуясь, разумеется, уже не протестант­ской этикой, а православными ценностями), обличали пороки употребления алкоголя с помощью тех же самых моральных аргументов. Лев Толстой, например, написал целую серию статей, глубоко анализирующих проблему алкоголизма в России: «К молодым людям», «Обращение к людям-братьям», «Богу или мамоне», «Для чего люди одурманиваются?» и др. В одной из них, которая назы­вается «Пора опомниться» (1889), писатель, в частности, отмечает: «Вино губит телесное здоровье людей. губит душу людей и их потомство и, несмотря на это, с каждым годом все больше и больше распространяется употребле­ние спиртных “напитков” и происходящее от него пьян­ство. Заразная болезнь захватывает все больше и больше людей: пьют уже женщины, девушки, дети. И взрослые не только не мешают этому отравлению, но, сами пьяные,

поощряют их. И богатым, и бедным представляется, что веселым нельзя иначе быть, как пьяным или полупьяным; представляется, что при всяком важном случае жизни: по­хоронах, свадьбе, крестинах, разлуке, свидании - самое лучшее средство показать свое горе или радость состоит в том, чтобы одурманиться и, лишившись человеческого образа, уподобиться животному» (10).

С 1895 года на большей части территории Российской империи началось поэтапное введение казенной винной монополии. Наряду с правительственными учреждения­ми - попечительствами о народной трезвости - в России действовали и общественные организации. Количество светских обществ трезвости было невелико: к 1 января 1911 г. - 253, то есть в 7 раз меньше по сравнению с дей­ствовавшими тогда церковными обществами. При этом основная часть (около 95%) светских обществ находилась в Европейской России. Александро-Невское общество трезвости - общество трезвости, созданное при церкви Воскресения Христова (Воскресенской) при Обществе распространения религиозно-нравственного просвеще­ния в духе Православной Церкви (Обводный канал, 116, у Варшавского вокзала). Открыто оно было 30 августа 1898 года. В 1-й год в общество записалось 3204 человек, в 1910 году - 5232 человека (в т. ч. 35 232 - заплатили взнос и еще около 40 000 без взноса). Большинство членов - рабо­чие, в т. ч. много с Варшавской железной дороги. Руково­дители общества: в 1898-1905 годах священник Александр Васильевич Рождественский (1872-1905), с 1905 г. - про­тоиерей Петр Алексеевич Миртов (1871-1925). Проводили обеты трезвости; трезвеннические беседы; чтения трез­веннических книг с туманными картинами; паломниче­ские поездки на пароходе на Валаам; крестные ходы. В обществе была бесплатная библиотека-читальня, в кото­рой было 13 390 томов книг, журналы, газеты. Посетите­лей в читальне было 9004, в библиотеке - 8178 человек.

Имелась собственная типография. Происходило издание духовных трезвенных журналов «Отдых христианина», «Воскресный Благовест» и ежемесячного трезвенного журнала «Трезвая жизнь». Издано 562 тыс. экз. отдель­ных книг и брошюр духовного и трезвенного содержа­ния. Издания Александро-Невского общества выписы­вали и получали бесплатно многие общества трезвости в большинстве епархий России. Работала одноклассная церковноприходская школа (155 учащихся). Проводились елки, экскурсии для детей. В нем было два рукодельных класса для девочек (46 чел.) и воскресная общеобразова­тельная школа для взрослых (361 ученик). Выдавались пособия нуждающимся. Работало бюро по рекомендации трезвенников на рабочие места. Общество регулярно уча­ствовало в общероссийских и международных антиалко­гольных выставках. Имело 4 отделения в Петербурге, 5 в С.-Петербургской губернии и Чухломское в Костромской губернии. Общество оказывало методическую и матери­альную поддержку церковным обществам трезвости Рос­сии. В общество принимали на разный срок - от 6 месяцев до года и пожизненно. В церковноприходских братствах прием проходил обычно в торжественной обстановке. Имя трезвенника упоминалось «о здравии» в праздни­ки на ектений. За нарушение данного обещания и уста­ва виновные подвергались выговору, в некоторых обще­ствах - денежному штрафу, при повторении исключались из общества. Нарушение обета, однако, встречалось очень редко. Для этого избирались особые наблюдатели в коли­честве 35 человек. Выбранные лица собирались один раз в неделю, по четвергам, для информирования учредителя общества отца Александра Рождественского о состоянии дел. Каждому члену общества при вступлении выдавался особый «священный лист трезвости» как видимый знак его принадлежности к обществу. Трезвенники отказыва­лись не только от вина, но и от сквернословия. Силами

общества в России проводились духовные чтения, от­крывались библиотеки, создавались и функционировали чайные, издавались книги, газеты и журналы. К примеру, в 1915-1916 годах в Петербурге издавался еженедельный журнал «Родная жизнь», в 1905-1914 годах ежемесячный журнал «Трезвая жизнь». Для детей общество издавало бесплатное приложение к журналу «Зорька» (11).

В 1914 году общество преобразовано в братство, ко­торое возглавил совет под руководством архиепископа Новгородского Арсения (22 января 1862 г. - 10 февраля 1936 г.). В 1912 и 1914 годах оно организовало Всероссий­ские съезды о мерах борьбы с пьянством. В Петербурге действовали 6 отделов братства во главе со священниками (объединяли 70 тыс. человек). Большеохтинский, Литей­ный, Новодеревенский, Покровско-Ушаковский и Пити- римовский отделы имели собственные церкви или молит­венные дома, а также миссионерские курсы, библиотеки и попечительства о бедных. Главным храмом была церковь Воскресения Христова на Обводном канале. В 1918 году братство закрыто, его средства конфискованы советски­ми властями (12). В Западной Сибири первое гражданское общество трезвости было открыто 13 апреля 1893 года в Тобольске, и в 1910 году оно долгое время оставалось единственной светской трезвенной организацией, в то вре­мя как количество церковных обществ трезвости выросло тогда до 51. Таким образом, в отличие от Европейской Рос­сии трезвенническое движение Западной Сибири с самого начала основывалось на инициативе епархиальных вла­стей и активности приходского духовенства.

Пристальное внимание духовных властей к пробле­ме «отрезвления» российского общества было вызвано не только благими помыслами избавить народ от пьяного не­дуга, но и суровой необходимостью оздоровить само ду­ховенство. Для многих духовных пастырей пьянство было не меньшим злом, чем для паствы. Протоколы и журналы

духовных консисторий предоставляют богатейший мате­риал в подтверждение этого: информацию о рассмотрении поступавших жалоб на нетрезвость священно- и церков­нослужителей и возбуждавшихся по ним следственных дел. Согласно общей «Ведомости о священнослужите­лях, приговоренных к наказаниям по решению произво­дившихся о них дел за 1907 год», в Омской епархии из 10 священнослужителей, получивших наказание, 8 были осуждены за «нетрезвость» или «нетрезвость, соединен­ную с неисправностью по службе и неблагоповедением», в Тобольской епархии - 15 из 17 человек и в Томской епар­хии - 5 из 11. В целом по Российской империи более двух третей - 69% священнослужителей от общего количества признанных виновными получили наказание за пьянство и проступки, связанные с ним: 369 из 536 человек (13).

С 1885 года в России вводится система местных за­претов. Жители деревень, поселков и городов могли со­брать сход жителей и запретить торговлю алкоголем на своей территории. Это дало мощный толчок в развитии трезвеннического движения. Примером может служить деятельность С.-Петербургского общества трезвости «Алку» («Начало»). Организация была создана в 1885 году в Петербурге. Инициаторами его создания стали четверо финских ремесленников, но главную роль сыграл петер­бургский портной Каарло Суоминен. Позже он вспоминал, с чего все начиналось: в конце 1884 года, перед праздни­ком Рождества Христова, среди финских рабочих в Пе­тербурге развернулась агитация за трезвость. Некоторое время спустя в зале приходской школы было устроено спе­циальное заседание, на котором токарь Каарло Линден с воодушевлением прочел лекцию о пользе трезвости. Эти действия нашли отклик среди части слушателей, ставших сторонниками трезвости. Поскольку никакого общества еще не существовало, решили провести запись в Союз си­ней ленты, так как трезвенники, дабы отличаться от дру­

гих, вдевали в петлицы синие ленточки. Через несколько месяцев обладателей Синей ленты в столице насчитыва­лось уже почти две с половиной сотни.

«Алку» сразу же стало популярным. Уже через год по­сле создания в его центральном отделении (без филиалов) насчитывалось свыше 300 человек.

Огромное значение во втором подъеме трезвенниче­ского движения в России сыграл выдающийся педагог Сер - гей Александрович Рачинский (2/14 мая 1833 г. - 2/15 мая 1902 г.). Он родился 2 мая 1833 года в с. Татево Бельского уезда Смоленской губернии. Выходец из дворянской се­мьи; мать его, родная сестра известного поэта Е. А. Бара­тынского, воспитала в нем огромную любовь к Родине и русскому народу. С. А. Рачинский поселился в своем ро­довом имении Татеве, где он обрел свое новое призвание - сельского учителя, проповедующего в детской среде идеи трезвости. Чтобы хоть как-то противостоять пьяному раз­гулу взрослых на селе, директор школы С. А. Рачинский в 1875 году наряду с преподаванием учебных предметов стал проводить с учащимися беседы о вреде употребле­ния детьми алкогольных изделий. Но однажды, увидев в луже ученика своей школы в пьяном состоянии, он прихо­дит к выводу о необходимости организации ученического общества трезвости. С. А. Рачинский был глубоко уверен, что в это общество должны войти и педагоги, которые своим личным примером будут убеждать школьников в необходимости соблюдения трезвости. Поэтому 5 июля 1882 года он совместно с 30 учащимися дал обещание не употреблять алкоголь в течение одного года и основал в России первое ученическое общество трезвости, в кото­рое затем стал вовлекать родителей учащихся, учителей других школ и крестьян близлежащих деревень. Обет трезвости соблюдался членами этого общества свыше 20 лет. Результатом педагогических поисков по антиал­когольному воспитанию школьников стали статьи и бро­

шюры: «Письма к воспитанникам Казанской учительской семинарии» (1890 г.), «По поводу обществ трезвости» (1890 г.), «Из записок сельского учителя» (1898 г.), «От­крытое письмо» (1898 г.) и «Письма С. А. Рачинского к духовному юношеству о трезвости» (1899 г.). В 1899 году Рачинскому назначена пенсия, которую он перечислял на постройку второй новой школы. По словам самого С. А. Рачинского, его 16-летняя трезвенническая деятель­ность имела определенный успех. «...Из всех учителей, воспитанных мною (около 40), только одного не удалось мне оградить от винопития». К 1898 году общество трез­вости в с. Татеве насчитывало 1018 человек (14).

По утверждению русского писателя и историка Евге­ния Александровича Бажанова, в истории трезвого движе­ния дореволюционной России стоит выделить 6 наиболее крупных и массовых общественных течений. Первое - сла­вянофильское трезвенническое движение. Начато было в середине 60-х гг. XIX в. писателями-славянофилами бра­тьями Самариными и отцом и сыновьями Аксаковыми при поддержке Православной Церкви. Второе, толстовское трезвенническое движение, вскормлено трудами и подвиж­ничеством великого яснополянского старца Л. Н. Толстого в 70-80-е гг. Третье, чуриковское религиозно-этическое движение трезвенников, возникло по воле И. А. Чурикова (Иоанна Самарского) (15 января 1861 г. - 8 октября 1933 г.) в начале 90-х гг. XIX в. в Самаре и охватило всю Россию и многие страны мира. Четвертое, государственное Попечи­тельство о народной трезвости, создано в 1895 году после введения государственной винной монополии с целью при­крыть безнравственные финансовые интересы нравствен­ными заботами. Здесь немало бюрократических подходов, но и щедрое финансирование: строительство Народных домов (считай, шикарных дворцов для простолюдинов), создание лечебниц, читален и многое другое. Пятое, челы- шовское движение, начато в Самаре крупным промышлен-

ником, писателем, государственным деятелем М. Д. Челы- шовым (26 сентября 1866 г. - 13 сентября 1915 г.) в 1905 году. Эти сотни челышовских клубов по всей России, тысячи организованных трезвенников добились включения пун­кта борьбы с пьянством в программы ряда политических партий и принятия в Государственной думе нескольких за­конов по ограничению продажи и производства спиртного. В 1914 году в России поэтапно принят и успешно осущест­влен закон трезвости, разработанный еще М. Д. Челышо- вым. Шестое, монархическое движение Союза Русского На­рода, вело большую пропагандистскую работу, объявило пьянство антипатриотичным, создало тысячи чайных для народа как противовес кабакам и пивным.

В 1889 году появляется циркулярный указ Свя­тейшего Синода от 10 августа, в котором, в частности, Епархиальным Преосвященным предлагалось «донести Святейшему Синоду, существуют ли в настоящее время, из какого числа лиц и в каких местностях общества трез­вости и в чем обнаружилось влияние их на религиозно­нравственное состояние как принадлежащих к их составу лиц, так и на окрестное население». После этого указа чис­ло приходских обществ трезвости в России стало быстро расти. К 1912 году их стало около 2 тысяч с численностью более полумиллиона человек (Ф. С. Перебийнос), причем церковноприходские общества преобладали. Например, в Сибири 96,4% обществ трезвости были церковными (15). Только одно православное общество трезвости иерея А. В. Рождественского в Санкт-Петербурге после пяти лет существования насчитывало в своих рядах более 72 ты­сяч постоянных членов, тогда как в подобных светских обществах и кружках было по 10-12 человек (16). Обще­ства эти постепенно становились полноценными учрежде­ниями дополнительного образования и внешкольной ра­боты, клубом, народным домом, театром, библиотекой, а трезвенник-пропагандист - внешкольником.

В 1892 году было организовано Казанское общество трезвости. Оно было учреждено известными профессора­ми Казанского университета: историком Н. П. Загоскиным (20 июля /1 августа 1851 г. - 6/19 февраля 1912 г.), языкове­дом Н. Ф. Катановым (6 мая 1862 г. - 24 февраля /9 марта 1922 г.), гистологом И. М. Догелем (7 марта 1830 г. - 16 авгу­ста 1916 г.). Разрабатывая организационные принципы борь­бы с алкоголизмом, Общество выпустило ряд брошюр: «От чего гибнут люди», «Вино - яд», «Защитникам умеренного употребления вина». Особенно большой интерес вызвали брошюры Л. О. Даркшевича «Роль земского врача в борьбе с народным алкоголизмом» и И. М. Догеля, А. Т. Соловьева «Спиртные напитки - несчастье человека». Л. О. Даркше- вич (17/29 июля 1858 г. - 28 марта 1925 г.), крупный клини­цист, педагог и общественный деятель, внес большой вклад в развитие трезвеннической культуры и практическую дея­тельность Казанского общества трезвости (17).

Как уже нам известно, в 1894 году по проекту мини­стра финансов царского правительства Витте была введена государственная винная монополия (18).

Уточним, что для организации общественных сил на борьбу с пьянством в 1897 году Государственный Совет Российской империи предоставил Министерству финансов право учреждать в губерниях и областях, где вводилась ка­зенная продажа алкоголя попечительства о народной трез­вости. Открытие их предполагалось организовать не ранее, чем за полгода до введения монополии, и в связи с этим предусматривались крупные ассигнования от казны на все виды расходов новых формирований. В частности, в губер­ниях Западной Сибири казенная продажа алкоголя учреж­далась с 1 июля 1902 г., поэтому уже с конца 1901 г. сюда последовали циркуляры из Министерства финансов и Глав­ного управления неокладных сборов и казенной продажи питей. Губернаторам назидательно указывалось, что созда­ваемые попечительства «должны служить могучим оруди­

ем в борьбе с пьянством» и учреждением их «достигается способ сплочения всех лучших местных сил на помощь пра­вительству» (19). Не скрывалась и основная цель будущих формирований - «обеспечить успех реформы питейного дела». Пообещав поддержку, министр финансов приказал «ныне же приступить к действиям по подготовке открытия попечительств» (20). Меры были спешно приняты. По пред­писанию тобольского губернатора, последовавшего 2 июля 1902 года, сразу же были открыты Тюкалинский комитет (20 июля), Ялуторовский и Тюменский (21 июля), Курган­ский и Туринский (24 июля), Тарский (9 августа), Ишим­ский (19 августа) комитеты (21).

Вместе с призывами к открытию власти давали руко­водящие указания и наметили возможные способы отвле­чения народа от пьянства. Предполагалось для этого при­нимать действенные меры: организовывать специальные больницы, амбулатории, выпускать брошюры, листовки, использовать народные средства избавления от пьянства. Особо призывали использовать библиотеки, народные чтения и народные театры, подчеркивая, что они должны быть «одинаково доступны как для грамотных, так и для неграмотных»(22).

Таким образом, центральное управление попечи­тельством было возложено на Министерство финансов, его местными органами являлись губернские и уездные комитеты, в состав которых входили губернаторы, пред­водители дворянства, высшие чиновники. Председатели уездных комитетов назначались губернатором - главой губернского комитета попечительства, а иногда выбира­лись на своих заседаниях, а затем утверждались в столице губернии. Утверждению в центре подлежало также назна­чение лекторов народных чтений, их тематика, возведение в члены-соревнователи и многое другое. Такая бюрокра­тия и волокита реально тормозили развитие трезвенниче­ского движения в России.

Деятельность уездных комитетов была направлена на строительство чайных, Народных домов, чтобы организо­вывать в них, а также прилегающих селах библиотеки- читальни, народные чтения, спектакли, концерты, танце­вальные вечера, а впоследствии и кинематограф. Несмотря на их одностороннюю тематику и невысокую квалифика­цию лекторов, необходимо признать, что эти мероприятия являлись для простого сельского населения единствен­ным развлечением в праздничное и свободное от работы время. Из-за нехватки на местах грамотных кадров около 70% всех лекторов составляли священники. Это говорит о слабом участии российской науки и культуры в отрезвле­нии народа (23).

Хотя члены попечительств состояли не на государ­ственной, а на общественной службе, они получали непло­хое жалованье, и в архивах сохранилось большое количество заявлений с просьбами о предоставлении этих должностей. В отличие от других общественных организаций, где рабо­та была полностью бескорыстной, общества попечения о народной трезвости еще и нередко материально поощряли своих членов, принимавших участие в устройстве народ­ных чтений и других мероприятиях (24).

Большое внимание борьбе с пьянством уделяла и церковная благотворительность. Ее роль сводилась в основном к деятельности обществ трезвости и различных братств попечения о лицах духовного звания. К примеру, в Западной Сибири в 1911 году функционировало около 50 обществ трезвости и только 2 из них являлись «граж­данскими». Всего гражданских обществ трезвости в стра­не в этот период насчитывалось 253 (25).

В качестве примера активной деятельности может служить работа Аргамаченского общества трезвости — общественного, приходского общества трезвости, создан­ного при церкви Рождества Пресвятой Богородицы в сло­боде Аргамаче Елецкого уезда. Создано общество в конце

90-х гг. XIX в. Идея создания общества принадлежала дво­рянину Замаруеву Василию Васильевичу, который стал первым председателем общества.

Его активно поддержали о. Николай (Брянцев) и Н. Л. Черкашин. 1 мая 1899 года общество посетил Иоанн Кронштадский, 22 января 1902 г. - преосвященный Ни- канов, а 8 мая 1905 г. - преосвященный Киприот. 8 июня 1908 года общество трезвости открыло богадельню им. Гла­фиры Георгиевны Шиловой. На освящение богадельни при­был преосвященный викарий Митрофан, епископ Елецкий. В 1911 году общество становится инициатором создания в слободе потребительской кооперации. В Аргамаче разви­вались ремесла, выделывалась кожа, организовывались ар­тели по пошиву полушубков и шапок, появились мастера по изготовлению Елецкой рояльной гармошки. Общество трезвости давало беспроцентную ссуду на постройку до­мов молодым трезвым семьям. На средства общества по­строен большой бревенчатый клуб. Театральные поста­новки клуба пользовались популярностью во всем уезде. Члены общества трезвости прожили в большинстве сво­ем более 90 лет (26).

По инициативе Александро-Невского общества трез­вости, по благословению Священного Синода, под покро­вительством митрополита Московского Владимира (Бого­явленского) (1848-1918) в Москве с 6 по 12 августа 1912 года состоялся Второй Всероссийский съезд практических дея­телей по борьбе с алкоголизмом. Священный Синод, по хо­датайству о. Владимира, назначил председателем съезда о. Арсения (22 января 1862 г. - 10 февраля 1936 г.), архиепи­скопа Новгородского, а товарищем председателя - о. Ми­трофана (22 октября 1868 г. - 23 июня /6 июля 1919 г.), епи­скопа Гомельского. В отличие от I Всероссийского съезда по борьбе с пьянством, на московском съезде преобладали священнослужители и светские деятели, поддерживав­шие Церковь. В его работе приняло участие 469 человек,

из которых 3,8% - учителя. Более 61% делегатов состав­ляло духовенство. Работа съезда велась в трех секциях: 1-я - религиозно-нравственные и научные основы борь­бы с пьянством; 2-я - педагогические основы борьбы со школьным и народным алкоголизмом; 3-я - литературно­научная борьба с алкоголизмом. На съезде было заслуша­но 48 докладов, из которых 13 отражали проблемы проти­воалкогольного воспитания школьников.

7 августа 1912 года во второй секции съезда с докла­дами выступили Г. Ф. Марков на тему: «Школьный алко­голизм и борьба с ним», А. Д. Панчулидзева на тему: «Вос­питательная борьба с пьянством», Г. Ф. Марков на тему: «Просветительная деятельность в деле борьбы с алкого­лизмом», священник В. Смирнов - «Школьный алкоголизм и меры борьбы с ним», священник Ф. Изюмов - «О борьбе с алкоголизмом через школу», диакон В. Горький - «О борь­бе с алкоголизмом через народную школу».

8 августа 1912 года на заседании второй секции свои доклады представили: иеромонах Павел «Сергиевская школа трезвости», В. В. Сахаров «Борьба с алкоголизмом во всех учебных заведениях и в среде народа и объедине­ние различных классов общества на этой почве», Н. П. Ро­занов «Семья как пособница школы в деле утверждения абсолютной трезвости среди учащихся», Н. И. Колосов «Одна из школьных мер борьбы с пьянством», А. А. Кор­нилов «О деятельности Московского кружка деятелей по борьбе со школьным алкоголизмом».

9 августа 1912 года на заседание второй секции было представлено два доклада: академика В. М. Бехтерева на тему: «О распространении идей трезвости путем школы» и священника Е. Минкевича на тему: «Оршанское желез­нодорожное общество трезвости - его возникновение, жизнь и деятельность». Содержание доклада В. М. Бех­терева сводилось к следующему. «Народ пьет, - отмечал профессор, - не сознавая вреда и гибельности от алкого­

ля, и оправдывает себя народным обычаем, являющимся для деревни как бы законом. Пьют не только взрослые, но и подростки, и дети школьного возраста из подражания взрослым. Школьники по буждаются к потреблению ал­коголя еще так называемыми товарищескими попойками. Употребление алкоголя развито и среди рабочих. Необхо­димо поэтому распространять среди всех классов населе­ния сведения о вреде алкоголя. Средством к этому явля­ются проповедь духовенства и школа; в последней о вреде пьянства может быть сообщено на уроках гигиены, а для взрослых и рабочих должны быть организованы противо­алкогольные курсы и чтения. Сообщение противоалко­гольных сведений должно быть наглядным».

В период работы съезда члены кружка деятелей по борьбе со школьным алкоголизмом организовали экскур­сии в антиалкогольном музее. По итогам работы съезда принята резолюция.

Несмотря на мирный характер московского антиал­когольного съезда, российское правительство решило не волновать больше широкую общественность обсуждени­ем вопросов предупреждения и преодоления пьянства и алкоголизма. В мае 1912 года председатель Комиссии по вопросу об алкоголизме М. Н. Нижегородцев после дол­гих справок получил уведомление, в котором сообщалось: «Врач-психиатр М. Н. Нижегородцев сим извещается, что ходатайство группы лиц перед министром внутренних дел об утверждении проекта положения о постоянном Комите­те Всероссийских съездов по борьбе с пьянством, по рас­смотрении его в Совете Министров, отклонено».

По мнению доктора исторических наук Александра Николаевича Якушева, Второй Всероссийский съезд был проявлением «самоорганизации», «самооздоровления» об­щества после «фазы беспорядка». Благодаря всероссийско­му «форуму» трезвости оно поднялось на новую ступень развития как по России в целом, так и на ее окраинах (27).

Общества трезвости, продолжая деятельность попе- чительств о народной трезвости, действовали в основном в деревнях, где, несмотря на сложившееся мнение, душевое потребление водки было значительно ниже, чем в городах (в 2,9 раза) (28). Это говорит о том, что крестьяне - основное сословие и носители национальных традиций - сами спаса­лись от зависимости, во многом навязанной государством как основным торговцем зелья, насильственно. Средства, которыми организации располагали в борьбе с пьянством, не отличались разнообразием: церковная проповедь, мораль­ное воздействие, пример трезвенников. Поэтому, имея не­большой набор средств в своих антиалкогольных кампани­ях, в целом общества трезвости, как и попечительства, мало влияли на пагубное пристрастие. Правительство понимало неэффективность начатой борьбы, и в этом же 1913 году на рассмотрение Государственного Совета был предложен законопроект «О новой организации попечительств о на­родной трезвости» (29). Как «не оправдавшие возлагаемых на них надежд» попечительства предлагали закрыть и их средства передать в государственное казначейство. После долгих дискуссий этот законопроект был отклонен. В ито­ге решено было борьбу с пьянством объявить как государ­ственную задачу, а попечительства о народной трезвости, «по делегации государственной власти», утвердить как «но­вую отрасль городского управления». Была признана и дея­тельность аналогичных добровольных обществ, которым предоставлялось право попечения за народной трезвостью на местах. На 1914 год в смету были заложены расходы на 500 тысяч рублей для выдачи пособий частным обществам. В новом уставе для попечительств впервые говорилось о совместной ответственности государства и общества, цен­трализации усилий, слиянии деятельности «как земств и городов по попечению народной трезвости, так и других органов, имеющих целью борьбу с пьянством».

С декабря 1913 года по январь 1914 года на Первом Всероссийском съезде по вопросам народного образова­ния, в котором приняло участие 6882 человека, из которых 163 - представители периодической печати, была принята резолюция по вопросу «О борьбе с алкоголизмом». В ней говорилось: «Признавая все растущее и растущее в России употребление спиртных изделий одним из губительных врагов народного просвещения, подрывающих духовные силы народа, уничтожающих результаты просвещения народа, Съезд обращает самое глубокое внимание русско­го учительства на необходимость одушевленной, систе­матической, планомерной борьбы народного учителя и школы с народным алкоголизмом. Борьба эта может вес­тись школой и учителем путем общей просветительной работы, путем организации истинно-разумных и здоро­вых развлечений и путем социального антиалкогольного просвещения народа и его детей.

Принимая во внимание определяющее значение в развитии и распространении алкоголизма неведения об алкоголе, алкогольных предрассудков, питейных обыча­ев и самообмана в подъеме сил от алкоголя, Съезд считает необходимым, чтобы воспитанники всех учебных заведе­ний, подготавливающиеся к учительской деятельности, были достаточно ознакомлены с алкогольным вопросом, социально-гигиеническим и вообще противокультурным значением алкоголизма и мерами борьбы с ним. Ввиду неотложной потребности необходима теперь же органи­зация особых временных курсов для подготовки учителя в этом отношении.

Во всех учебных заведениях до народной школы вклю­чительно необходимо противоалкогольное обучение.

Для выполнения культурной задачи борьбы с алкого­лизмом необходима дружная совместная работа школы с семьей при содействии общественных сил и государства».

Вскоре, по окончании I Всероссийского съезда по во­просам народного образования, 10 января 1914 года, было обнародовано правительственное распоряжение № 1397: «О введении преподавания гигиены (и сведений о вреде алкоголизма) в учительских институтах, семинариях и др. учреждениях, подготавливающих учителей», в котором говорилось: «Признавая важное значение сообщения уча­щимся сведений по гигиене вообще и в частности о вред­ном влиянии на организм человека потребления спиртных изделий, Министерство народнного просвещения в целях как охраны здоровья самих учащихся, так и распростране­ния через последних полезных понятий в обществе, в под­тверждение и дополнение циркуляра от 20 марта 1906 года за № 6854 предлагает гг. попечителям озаботиться введе­нием преподавания гигиены в таких учительских институ­тах, учительских семинариях и других учреждениях, под­готавливающих учителей, где таковое еще не введено и где это представится возможным по состоянию специальных средств учебного заведения. Преподаванию гигиены с со­общением сведений о вреде алкоголя должен быть отведен один час в неделю в течение года в одном из старших клас­сов, и таковое может быть поручено или школьному врачу, или врачу, приглашенному отдельно для этой цели, с упла­той вознаграждения из специальных средств учебного за­ведения в размере, устанавливаемом в каждом отдельном случае по соглашению с лицом, которому будут поручены занятия по указанному предмету». При учебных заведени­ях предлагалось иметь модели, таблицы и другие пособия для чтения лекций о вреде алкоголя и пользе трезвости.

В начале 1913 года в С.-Петербурге был проведен Первый всероссийский съезд по семейному воспитанию, на котором была принята резолюция «О борьбе с алкого­лизмом». В ней отмечалось:

«1. В виду неуклонно растущей алкоголизации на­селения, захватывающей все более и более в свои цепкие

о бъятия и молодое поколение, неотложно необходимо жи­вое, горячее, энергичное участие семьи в борьбе с веду­щим к вырождению алкоголизмом. Для этого, прежде все­го, должно, чтобы все, имеющие то или иное отношение к воспитанию юного поколения, были вполне осведомлены о всеобъемлющей тлетворной роли алкоголя как тормо­за прогресса во всех областях народной жизни. В основу борьбы с алкоголизмом, согласно современным научным данным, должно положить принцип полного воздержания от спиртных изделий, как в виду установившихся диких питейных обычаев, так и алкогольных предрассудков. Успех в борьбе с алкоголизмом, как показал уже опыт наи­более культурных стран, может быть обеспечен лишь тог­да, когда центр ее будет перенесен с последствий отравле­ния на предупреждение зла, когда главнейшее внимание будет сосредоточено на воспитании юных, подрастающих поколений в духе полного воздержания от каких бы то ни было спиртных изделий.

2. I Всероссийский съезд по семейному воспитанию признает желательным:

1) распространять идею, что особенно важное значе­ние для борьбы с алкоголизмом в семьях имеет женщина, которая может вступать во все ассоциации для борьбы с этим злом, что облегчается уставами обществ, разрешаю­щими открытие филиальных отделений в провинции;

2) поручить Исполнительной комиссии войти в сно­шение с педагогическими и родительскими организация­ми с предложением о выработке проектов борьбы с алко­голизмом в семьях».

Однако фактически общества частной инициати­вы уже давно выступали серьезным противовесом в деле общественной помощи населению в борьбе с пьянством, приобщении к культуре трезвости, превентивному образо­ванию, получении средств на дальнейшее обучение. Город­ские благотворительные организации включали множество

обществ, созданных при больницах и учебных заведениях, домах призрения и трудолюбия, приютах и церквах.

Первый в истории Совет рабочих депутатов, кото­рый родился в мае 1905 года в Иваново-Вознесенске, при­нял постановление о первоочередных задачах - создании гражданской милиции, охране порядка, закрытии винных лавок, борьбе с пьянством и азартными играми. Эти ре­шения были поддержаны на митингах рабочих. Еще в 1897 году при Русском обществе охранения народного здравия была организована комиссия по борьбе с алкого­лизмом, при которой была создана подкомиссия по вопро­сам преподавания « антиалкоголизма» в школе. Специали­сты на границе веков предлагали расширить круг наук по антиалкоголизму в университетах, была разработана развернутая тематика «нормальных антиалкогольных курсов», объявлена премия за лучшую «противоалкоголь­ную хрестоматию» для школ с иллюстрациями, доступ­ными для детей и подростков. Инспектор народных учи­лищ Г. Ф. Марков в 1912 году написал «Проект методики преподавания “Науки трезвости”». Им же в 1911 году было переведено с французского языка «Практическое руко­водство для преподавания науки трезвости», которое он использовал в работе московского «Кружка деятелей по борьбе со школьным алкоголизмом».

В 1913 году в Санкт-Петербурге вышел переведенный с французского языка А. Л. Мендельсоном «Учебник трез­вости для начальной и средней школы» Ж. Дени. В этом же году на Всероссийской выставке в Санкт-Петербурге он был удостоен малой золотой медали. В 1914 году в Москве вышел популярный учебник трезвости для начальных училищ «Школа трезвости» С. Е. Успенского, а в 1915 году первая отечественная противоалкогольная хрестоматия Н. В. Васильева «Трезвая жизнь», в которой были исполь­зованы произведения Г. Успенского, А. П. Чехова, Н. А. Не­красова, Г. Мопасана и др.

В марте 1905 года в Москве был создан Союз Рус­ских Людей, объединивший представителей высшего дво­рянства, исповедующих трезвый образ жизни. Идеалами Союза были идеалы допетровской Руси, в частности мо­нархия XVII века. Союз признавал настоящими русски­ми классами дворянство, крестьянство и купечество. Им противопоставлялась космополитическая интеллигенция. Союз критиковал курс правительства, считая, что между­народные займы, взятые правительством, разоряют рус­ский народ. Союз активно выступал за трезвость народа. Инициатива создания Союза Русского Народа принадле­жала сразу нескольким видным деятелям монархического движения начала XX века - врачу Александру Иванови­чу Дубровину (1855 г. - 1/14 апреля 1921 г.), художнику Аполлону Аполлоновичу Майкову и игумену Арсению (Алексееву) (1837 / 1840? или 1845? г. - 20 августа 1913 г.). Возглавил Союз рядовой член Русского Собрания врач Александр Дубровин. Дубровин показал свое политиче­ское чутье и проявил в деле организации Союза кипучую энергию. Ему удалось вступить в контакт с сановниками в правительстве и администрации и убедить некоторых из них, что спасти существующий порядок может только массовое патриотическое трезвенническое движение, ко­торое будет заниматься и массовыми акциями. Он также добился решения обеспечить такому движению финансо­вую, политическую и полицейскую поддержку. Сам Нико­лай II благословил Союз Русского Народа, с программой которого его ознакомил великий князь Николай Николае­вич. 8/21 ноября 1905 года был создан Главный совет Сою­за Русского Народа, председателем был выбран Дубровин, заместителями его А. А. Майков и инженер А. И. Тришат- ный, казначеем - петербургский купец И. И. Баранов, се­кретарем Совета - юрист С. И. Тришатный. Также в состав Совета вошли П. Ф. Булацель, Г. В. Бутми, П. П. Сурин и другие. Печатным органом СРН была газета «Русское зна­

мя». 23 декабря 1905 года Николаем II была принята де­путация из 24 членов Союза, возглавляемая Дубровиным. Игумен Арсений подарил Императору икону Архистра­тига Михаила, в день празднования которого был орга­низован Совет Союза, и произнес приветственную речь. Дубровин доложил о росте численности Союза, заверил Государя в преданности ему членов организации и пре­поднес Николаю Александровичу и цесаревичу Алексею знаки члена Союза Русского Народа, сделанные по про­екту А. А. Майкова. Император принял знаки, поблагода­рив Дубровина. На основании этого монархисты считают Николая II и цесаревича Алексея членами Союза. Есть свидетельства того, что царь и его сын иногда носили эти знаки на одежде.

Союз рос большими темпами, открывались регио­нальные отделы во многих областях империи. 26 ноября 1905 года отдел Союза был открыт в Ярославле, возгла­вил его глазной врач Иван Николаевич Кацауров. 22 ян­варя при участии помещика Н. Н. Ознобишина и писателя В. А. Балашева был открыт московский отдел Союза. В этот же день был открыт отдел в Новгороде, 4 февраля - в Одессе. Общая численность отделов, открытых в начале развития организации, - около 60. 27 августа 1906 года в главном зале Русского Собрания был проведен съезд ру­ководителей региональных отделов Союза, направленный на координацию деятельности организации и улучшение связи отделов с центром. В съезде участвовали 42 руко­водителя отделений. 3 октября 1906 года была организо­вана комиссия под руководством товарища председателя Главного совета Союза Русского Народа А. И. Тришатно- го, установившая новую структуру организации. За осно­ву были взяты методы, практиковавшиеся в старину, то есть разделение на несколько районных отделов с делени­ем членов Союза на десятки, сотни и тысячи, подчиняв­шиеся десятникам, сотникам и тысячникам. Делегаты от

Союза присутствовали на первом и втором Всероссийских съездах русских людей, состоявшихся в феврале и апреле 1906 года. Съезды были призваны скоординировать дей­ствия монархистов, выработать стратегию противодей­ствия революционной и алкогольной угрозе.

К концу 1906 года Союз вышел на первое место сре­ди организаций правого толка по численности, популяр­ности и организованности. На третьем Всероссийском съезде русских людей, прошедшем в Киеве с 1 по 7 октя­бря 1906 года, Союз Русского Народа уже был крупней­шей монархической организацией России. Из 166 делега­тов съезда 67 были членами Союза. Примечательно, что в Киеве существовало особо активное монархическое дви­жение. Большая часть членов Союза проживала на терри­тории Малороссии. На торжественное освящение хоругви и знамени Союза Русского Народа, прошедшее 26 ноября

1906 года, в день праздника святого Георгия Победоносца, в Михайловский манеж прибыл пользовавшийся огромной популярностью Иоанн Кронштадтский. «Всероссийский батюшка» сказал приветственное слово монархистам, которых на мероприятии присутствовало около 30 тысяч человек, напомнил о большой роли Православия и трезве- ния в жизни России. Впоследствии он сам вступил в Союз и был избран пожизненным почетным членом 15 октября

1907 года. Затем появился епископ Сергий (Страгород- ский), будущий патриарх, было отслужено богослужение, завершившееся пением многолетия Государю и всему Царствующему Дому, основателям и руководителям Со­юза, а также вечной памяти всем павшим за веру, царя и отечество. К четвертому Всероссийскому съезду русских людей, прошедшему 26 апреля - 1 мая 1907 года в Москве, Союз Русского Народа занимал первую позицию среди всех монархических организаций. В нем насчитывалось около 900 отделов, и большинство делегатов съезда состав­ляли члены Союза. На съезде было одобрено объединение

монархистов вокруг Союза, что способствовало укрепле­нию монархического трезвеннического движения.

К сожалению, в 1907 году среди руководителей ор­ганизации начались противоречия. В. М. Пуришкевич (12 августа 1870 г. - 11/24 января 1920 г.), занимавший пост товарища председателя, проявлял все больше самостоя­тельности в делах управления Союзом, оттесняя А. И. Ду­бровина на второй план. Вскоре он уже пр актически пол­новластно руководил организационной и издательской деятельностью, работой с местными отделами, многие лидеры которых стали его сторонниками. Поддерживали Пуришкевича в его властных устремлениях и некоторые учредители Союза. На очередном съезде Союза Русского Народа, проведенном 15-19 июля 1907 года по инициативе сторонников председателя Союза А. И. Дубровина, было принято постановление, предписывающее не считать действительными документы, не прошедшие одобрение председателя, направленное на пресечение самоуправства Пуришкевича, не считавшего нужным согласовывать свои действия с председателем. Конфликт завершился выхо­дом Пуришкевича из Союза осенью 1907 года. Эта исто­рия получила продолжение на съезде Союза 11 февраля 1908 года в Петербурге. На съезде, собравшем множество именитых монархистов, группа «союзников», недоволь­ных политикой Дубровина в организации, среди которых были В. Л. Воронков, В. А. Андреев и другие, обратилась с жалобой к члену Главного совета Союза графу А. И. Ко- новницыну (30 марта 1855 года - 11/24 января 1919 г.), указывая на «диктаторское поведение» Дубровина, от­сутствие финансовой отчетности в организации и другие нарушения устава. Дубровин, оскорбленный тем, что его, основателя Союза, хотят отстранить от руководства, по­требовал исключения оппозиционеров.

Вскоре последов али расколы и в региональных отде­лах. В марте 1908 года произошел раскол в Одесском отде­

ле Союза Русского Народа, приведший к исключению сто­ронниками А. И. Коновницына активного монархического деятеля Одессы Б. А. Пеликана с группой сторонников в связи с обвинением их в клевете. В конце июня 1908 года раскол произошел и в Московском отделе Союза. По ини­циативе группы учредителей отдела были отстранены от руководства в губернском Совете протоиерей Иоанн Восторгов (30 января 1867 г., по другим данным 20 янва­ря 1864 г., - 23 августа /5 сентября 1918 г.) и архимандрит Макарий (Гневушев). Председателем был назначен основа­тель Московского отдела Н. Н. Ознобишин (? - 11 ноября 1912 г.). Не согласные с таким решением сторонники отца Иоанна Восторгова 2 ноября этого же года организовали свой независимый Московский Союз русского народа. Ре­акцией со стороны Главного совета Союза Русского На­рода стало зачисление новой организации в список враж­дебных и сугубо вредных. Пуришкевич, тем временем объединившись с исключенными и покинувшими Союз Русского Народа участниками, 8 ноября 1908 года создал новую организацию - «Русский народный союз имени Ми­хаила Архангела». После отделения от Союза Московского отдела во главе с Иоанном Восторговым Пуришкевич по­спешил наладить с ним связь, поддержав его оппозицию Дубровину. С течением времени обстановка в организации обострилась еще более, что привело к окончательному расколу Союза. Камнем преткновения стало отношение к Государственной Думе и Манифесту 17 октября. Мнения союзников относительно этих явлений разделились. Ли­дер Союза Дубровин был ярым противником нововведе­ний, считая, что любое ограничение самодержавия несет негативные последствия для России, в то время как дру­гой видный монархический деятель Николай Евгеньевич Марков (2 апреля 1866 г. - 9 /22 или 11 /24 апреля 1945 г.) считал Думу положительным явлением, приводя в числе аргументов то, что раз Манифест является волей Государя,

долг каждого монархиста подчиниться ему. Способствова­ла расколу и история с убийством депутата Государствен­ной Думы М. Я. Герценштейна 18 июля 1906 года. Рассле­дование по этому делу выявило причастность к убийству некоторых членов Союза, в том числе Н. М. Юскевича- Красковского, и послужило поводом для многочисленных обвинений в адрес «союзников», в числе которых оказался и сам Дубровин. Большую роль в развитии скандала сы­грал бывший член Союза Пруссаков, дававший показания и обвинивший в причастности к преступлению Дуброви­на (позднее подобные показания ЧСК Временного прави­тельства дали Зеленский и Половнев). В это же время была произведена попытка отравления Дубровина. Он выехал в Ялту на лечение, где ему покровительствовал градона­чальник генерал И. А. Думбадзе. Тем временем в Петер­бурге произошел «тихий переворот» в Союзе Русского Народа. В декабре 1909 года оппонентами Дубровина на должность товарища председателя Главного совета был поставлен граф Эммануил Иванович Коновницын. Посте­пенно с руководящих постов были вытеснены сторонники Дубровина, и стали издаваться новые газета «Земщина» и журнал «Вестник Союза Русского Народа» вместо «Рус­ского знамени». Противостоящие стороны обменивались заявлениями и письмами, обличительными высказыва­ниями, выпускали противоречащие циркуляры и поста­новления, собирали съезды и форумы, что продолжалось в период с 1909 по 1912 год и в конце концов привело к полному размежеванию и раздроблению Союза. В августе 1912 года был зарегистрирован устав «Всероссийского ду- бровинского союза Русского Народа», в ноябре 1912 года власть в Главном совете Союза Русского Народа перешла к Маркову. Вся эта возня с выяснением отношений резко отрицательно влияла на тот хороший старт по отрезвле­нию русского народа, который был дан в начале деятельно­сти Союза. Последовавшая затем Октябрьская революция

и красный террор привели к гибели большинства лидеров Союза Русского Народа. Многие бывшие «союзники» при­няли участие в Белом движении (30).

В 1909 году появляется Указ Святейшего Синода о введении в духовных семинариях преподавания правил борьбы с алкоголизмом. В отчете обер-прокурора Свя­тейшего Синода за 1914 год сообщается о результатах проведения в жизнь Указа от 1909 года: «Стремления наставников, в этом отношении, главным образом на­правлены были к тому, чтобы дать учащимся надежное орудие в борьбе с указанным недугом в народе, которому они понесут призыв к отрезвлению. Обычным средством к раскрытию всей пагубности влияния алкоголя на пси­хическую и физическую жизнь человека служили, пре­жде всего, наставления семинарских врачей на уроках медицины и гигиены, а иногда - в особых лекциях соот­ветствующего содержания с демонстрированием картин, картограмм и т. п. Такие лекции прочитаны были в се­минариях: Вологодской, Вятской, Пензенской, Одесской, Уфимской, Орловской и Пермской. С тою же целью иногда обращались к кинематографическому демонстрированию соответствующих картин (Архангельская, Казанская, Смоленская семинарии). Приобреталась и соответствую­щая научно-популярная литература в семинарские биб­лиотеки для чтения учеников; раздавались, особенно в младших классах, листки и книжки на тему о трезвости. Наряду с выяснением вопроса о вреде алкоголя, воспи­танникам излагались история и меры борьбы с сим злом. Между прочим, в Архангельской семинарии был произве­ден опыт восполнения методических познаний учащихся по сему предмету сведениями о школьной борьбе с ал­коголизмом, с каковой целью преподавателем дидактики устроено было «трезвенническое» утро. По широте по­становки указанного «трезвенного» дела на первом месте, бесспорно, должна быть поставлена Пермская семинария.

Здесь был устроен особый противоалкогольный музей. Для приучения учащихся к ведению противоалкогольных бесед устраивались классные беседы в форме диспутов на соответствующие темы, а для большего убеждения в зна­чении личной инициативы в деле борьбы с народным ал­коголизмом воспитанники ознакомлены были с жизнью и деятельностью выдающихся «апостолов» трезвости, с целью же расширения познаний по противоалкогольному делу и гигиене вообще, а также для приобретения навыка в деле распространения этих знаний как в семинарии, так и вне ее, открыт был кружок гигиенистов-трезвенников, действия которого выражались в устройстве небольших чтений (с туманными картинами). Об открытии кружка христианской трезвой молодежи состоялось постановле - ние и в Якутской семинарии» (31).

Эстафету учения о трезвости в образовании принял иеромонах (впоследствии игумен) Павел (Горшков) (1867­1950),создавший в 1905 году первую в России школу трезвости. В 18 верстах от Петербурга на станции Сергие­ва Пустынь Балтийской железной дороги близ монасты­ря преподобного Сергия иеромонахом этого монастыря Павлом (Горшковым) была организована 1-я Российская Сергиевская школа трезвости. Школа выросла из Серги­евского отделения Александро-Невского общества трез­вости, основанного в 1904 году в монастыре преподобно­го Сергия и помещавшегося в келье отца Павла. Вначале это была маленькая церковноприходская школа грамоты, размещавшаяся в квартире учительницы А. А. Павловой. Популярность этой школы быстро росла. Местные кре­стьяне выделили землю, нашлись благотворители, по­жертвовавшие деньги на строительство, и 5 октября (ста­рого стиля) 1906 года школа была освящена. Инициативу эту приветствовал сам Государь Император Николай II. Цель школы сформулирована ее основателем так: «чтобы будущие граждане были более способными к труду, необ­

ходимо наших детей развить, прежде всего, физически, затем влить в них струю трудолюбия, а потом, чтобы не сошли они с этих жизненных крепких рельс, предупре­дить их о гибельном последствии пьянства»(32). «Це­лью школы, - говорил иеромонах Павел, - я поставил не только обучение детей грамоте, но и предохранение их всеми силами от порока пьянства». Как показывает само название школы, главной ее заботой являлось преподава­ние трезвости с целью предохранить подрастающее по­коление от порока пьянства. Это преподавание проходило красной нитью в программе школы. Специальные «Уро­ки трезвости» давала старшая учительница школы с ис­пользованием наглядных пособий. Заведующий школой иеромонах Павел вел уроки трезвости на темы по Зако­ну Божию - беседы о трезвости, приуроченные к разным событиям из Священного писания. На уроках остальных предметов учебного курса детям внушались все те же на­чала трезвой жизни.

С 1909 года учение о трезвости преподавалось в ду­ховных семинариях, а с 1910 г. - в церковноприходских школах. Педагогическая общественность России широко обсуждала проблему обучения трезвости в школе. Выпу­скались учебники трезвости, авторами некоторых были священники. В 1910 году Святейший Синод своим указом ввел преподавание науки трезвости во всех церковнопри­ходских школах. А с 1914 года в школах Министерства народного просвещения предписывалось преподавать учащимся старших классов курс гигиены с обязательным сообщением сведений о вреде алкоголя по одному часу еженедельно в течение года (33).

Индивидуальная работа велась с отдельными лицами в обществах трезвости, братствах, попечительствах и дру­гих подобных им учреждениях. Она включала исповедь, беседы, медицинскую помощь, помощь в трудоустройстве, юридические консультации, материальную и бытовую по­

мощь (предоставление мест в Домах трудолюбия, приютах и ночлежных домах, благотворительных столовых).

Научно-методическая работа в обществах трезвости велась по линии разработки религиозно-нравственных, научных и организационных основ борьбы с пьянством в народном быту, изучения проблем детского и школьного алкоголизма, подготовки религиозно-нравственной, на­учной и художественной литературы антиалкогольной направленности, журналов, газет и листовок, посвящен­ных этой проблеме.

Организация всех мероприятий коллективного ха­рактера включала проповеди, лекции, чтения и беседы, выявляющие вред пьянства и пользу трезвого, благоче­стивого образа жизни; открытие библиотек и специали­зированных книжных лавок, укомплектованных антиал­когольной литературой; создание воскресных школ для членов обществ трезвости и их детей, а также детских садов для самых маленьких членов семей трезвенников; обучение желающих церковному и светскому пению; устроение паломничеств, крестных ходов и прогулок с образовательными целями; организацию здорового и нравственного досуга трезвенников; создание противо­алкогольных музеев и выставок; организацию трезвых чайных и столовых; создание бесплатных амбулаторий, а также лечебниц для страдающих алкоголизмом.

Особенно важным направлением являлась подготов­ка кадров для проведения трезвенной работы в духовных и учительских семинариях по всей стране.

Законодательная борьба с пьянством велась в воз­главляемой владыкой Митрофаном (Краснопольским) (1868-1919) Комиссией по мерам борьбы с пьянством в Го­сударственной Думе.

Обычно к третьему этапу подъема трезвеннического движения в России относят 1910-1914 годы. Считают, что начался он в результате работы Первого Всероссийского

съезда антиалкогольных деятелей, который прошел на гра­нице 1909-1910 годов и принял целый ряд важных решений по активизации трезвенного движения в России.

Однако исследования историков и в частности кан­дидата исторических наук А. Л. Афанасьева показали, что второй подъем трезвеннического движения, начавшийся в 1885 году, в России не прекращался. Он продолжался во все годы начала XX века, вплоть до Октябрьской револю­ции 1917 года, когда общества трезвости сами собой за­крылись. Поэтому мы считаем, второй и третий подъемы трезвеннического движения в России следует объединить в один - второй.

Первый Всероссийский съезд по борьбе с пьянством состоялся в С.-Петербурге с 23 декабря 1909 года по 6ян­варя 1910 года. Съезд явился важным событием в истории трезвеннического движения в России и общественно-по­литической жизни страны. Его инициатором и организа­тором была Комиссия по вопросу об алкоголизме и мерах борьбы с ним, созданная в 1898 году при Русском обществе охранения народного здравия. Комиссия положила начало систематической работе по изучению проблемы алкого­лизма и разработке мер борьбы с ним. В работе ее под­комиссий по отдельным специальностям (медицинской, школьной, юридической, статистической и др.) принима­ли участие выдающиеся ученые, практические работники, общественные деятели. В комиссии родилась идея созыва съезда, разработан план его организации, программа, под­готовлена выставка, сформирован организационный ко­митет, разосланы приглашения различным учреждениям, обществам, отдельным лицам (разослано было около 16- ти тысяч приглашений). Призыв принять участие в съезде получил широкий отклик. На него ответили крупнейшие деятели культуры: Л. H. Толстой (1828-1910), А. Ф. Кони (1844-1927), В. М. Бехтерев (1857-1927), правительствен­ные учреждения, земские и городские управы, высшие

и средние учебные заведения, научные общества, врачеб­ные общества, городские, земские больницы, фабричные инспекторы, сельскохозяйственные общества, благотвори­тельные общества, общества трезвости и попечительства о народной трезвости, ссудо-сберегательные товарищества, представители духовенства и др. Съезд состоялся в пери­од, когда было разрешено проведение ряда общественных форумов; в это время состоялись: I Всероссийский съезд народных университетов, I Женский съезд, I Всероссий­ский съезд фабрично-заводских врачей и др.

Программа съезда по борьбе с пьянством предусма­тривала пленарные заседания; работу в трех секциях: ал­коголь и человеческий организм, алкоголизм и общество, меры борьбы с алкоголизмом, совместные заседания секций и совместное заседание с III Съездом отечественных пси­хиатров. В организационный комитет вошло 52 чел.: непре­менные члены (без выборов) - В. О. Губерт (1862/1860-1941), председатель РООНЗ, и М. Н. Нижегородцев, председатель комиссий по вопросу об алкоголизме при РООНЗ; Бюро ко­митета - М. Н. Нижегородцев (председатель), Д. А. Дриль (1846-1910), Д. Н. Бородин (заместитель председателя), Г. И. Дембо (1872-1939), М. Г. Котельников, И. В. Сажин, С. А. Суханов (секретарь), Е. Б. Контковский (казначей); Исполнительная комиссия - Д. А. Дриль (председатель), И. С. Клюжев, П. А. Миртов и 4 секретаря; Редакционная комиссия - Д. Н. Бородин, Н. И. Григорьев, А. А. Мендель­сон (для издания печатного органа во время съезда). Прези­диум съезда: председатель В. И. Ковалевский (1848-1934), товарищ председателя Н. Э. Фон-Крамер и М. Гелениус, се­кретари - Голосов, Б. И. Воротынский, Максимов, Шмидт.

В работе Съезда приняло участие 453 чел., которые представляли С.-Петербург (275), Москву (32), Финлян­дию (3), Остзейский край (30), Царство Польское (2), Вос­точные губ. (13), Сибирь и Среднюю Азию (6), Промыш­ленные губернии (21), Центральные губернии (15), Южные

губернии (25), Северо-Западные губернии (17), Север (4), Кавказ (2). Среди участников съезда - университетские профессора, педагоги, литераторы, юристы, экономисты, религиозные деятели. Как всякое общественное явление в России, съезд проходил при активном участии медицин­ской интеллигенции: инициатива и подготовка РООНЗ, 22 чел. в составе орг. комитета, 163 участника съезда. Среди них широко известные имена: В. М. Бехтерев, Н. Е. Введенский, Н. Ф. Гамалея, М. М. Гран, Н. И. Гри­горьев, А. Я. Данилевский, Г. И. Дембо, Е. М. Дементьев, В. Я. Канель, Н. П. Кравков, A. M. Коровин, М. Ю. Лахтин, Л. С. Минор, Д. П. Никольский, В. П. Осипов, Е. П. Радин, Г. Е. Рейн, И. В. Сажин, Е. В. и В. В. Светловские, Н. И. Те- зяков, М. С. Уварова, Г. В. Хлопин, В. Д. Шервинский, А. И. Шингарев, Е. И. Яковенко и др.

Открытие Съезда состоялось в зале дворянского со­брания, заседания проходили в актовом зале и больших аудиториях университета, закрытие - в актовом зале уни­верситета. При открытии съезда с речами выступили члены Государственной Думы епископ Митрофан (председатель думской комиссии по борьбе с пьянством), А. И. Шинга- рев, А. Ф. Мейендорф (1869-1964). Съезд в соответствии с программой заслушал и обсудил большое число докла­дов по самым разнообразным вопросам сложной медико­биологической и социальной проблемы. Разрешение адми­нистрацией проведения съезда было строго обусловлено: оставаться «вне всяких политических взглядов»; однако обсуждение столь острой проблемы не могло не затронуть ряда социальных, экономических и политических вопро­сов; это было заложено уже в формулировках основных разделов программы и названии ряда докладов. В связи с этим на съезде имели место инциденты: запрещение докладов, столкновения докладчиков с официальными представителями властей, уход со съезда, донесения в де­партамент полиции, обвинения в «революционном духе»

и др. (вопросы о винной монополии, о положении рабочих и других слоев населения, о радикальных мерах борьбы с алкоголизмом, о значении школы в борьбе с алкоголиз­мом, о попечительствах о народной трезвости и другое). Значительное влияние на обсуждение остро звучавших социальных аспектов проблемы алкоголизма и борьбы с ним оказала рабочая группа съезда (из 43 чел.). Ее руко­водителем был член социал-демократической фракции III Государственной думы, примыкавший к большевикам врач А. Я. Предкальн. Инициатива привлечения к участию в съезде рабочих принадлежала бюро профсоюзов Петер­бурга, поддержанная газетой «Социал-демократ», комите­тами РСДРП и профсоюзов ряда промышленных центров страны - Петербурга, Москвы, Баку, Риги, которые про­вели большую работу по подготовке к съезду материалов о причинах и масштабах распространения алкоголизма среди рабочих. Острые социальные вопросы, связанные с проблемой алкоголизма, поднимались и в обсуждении специальных медицинских вопросов.

Богатейшие материалы съезда получили отражение в издававшемся во время его работы «Вестнике», в трех томах трудов, в работах о съезде. Отклики на съезд были опубликованы в ряде периодических изданий различных направлений (34).

28 декабря 1909 года на торжественном открытии I Всероссийского съезда по борьбе с пьянством в С.-Пе­тербурге выступил член Государственной Думы, пред­седатель думской Комиссии по борьбе с пьянством епи­скоп Митрофан о задачах данного съезда с точки зрения обществ трезвости. Доклад протоиерея П. А. Миртова «К вопросу о курсе учения о трезвости для духовных семинарий» не был заслушан на съезде, но для развития идей формирования трезвости и трезвого образа жиз­ни он имел существенное значение. Он считал, что курс учения о трезвости, несмотря ни на что, должен войти в

школы как отдельный предмет, как особый отдел школь­ного курса педагогики. Как утверждал Миртов, учение о трезвости «отнюдь не должно ограничиваться уговорами и проповедями, действующими исключительно на чувство учащихся... Необходимо ввести некоторые практические занятия, которые развили бы в учащихся умение осущест­влять работу трезвости на местах. Такими занятиями могут явиться: изготовление диаграмм и картограмм по вопросам курса, товарищеские диспуты и беседы на трез­венные темы, допущение учащихся к участию в народных чтениях, собеседованиях и к проповеди с кафедры, допу­щение их к активной деятельности в обществах трезво­сти и, наконец, организация таких обществ в среде уча­щихся. Наконец, в высшей степени желательной является организация школьных литературно-музыкальных вечеров на трезвенные темы и организация экскурсий в лечебницы для алкоголиков, в музеи, в общества трезвости»(35).

В дополнение к циркуляру от 22 сентября 1906 года за № 19856 прилагалась примерная программа для сообщения сведений об алкоголизме.

Программа для сообщения сведений о вреде алкоголизма:

«Что такое алкоголь. Способ его получения и его свойства. - Применение в практической жизни и техни­ке. - Значение алкоголя как пищевого вещества. - Общее действие алкоголя на организм. - Действие алкоголя на отдельные органы: печень, почки, сердце, нервную систе­му и пр. - Что такое алкоголизм, формы его проявления. - Влияние алкоголизма на заболеваемость и смертность во­обще: от чахотки, нервных и душевных болезней и пр. - в частности. - Влияние употребления спиртных изделий на работоспособность и вырождение, на число несчаст­ных случаев и самоубийств. - Последствия алкоголизма для семьи и общества (разорение, преступность и пр.). - Потребление спиртных изделий в разных государствах и меры борьбы с пьянством».

Анализ литературы, вышедшей в России с начала 90-х годов XIX века по 1914 год по проблемам алкоголизации детей и подростков, свидетельствует, что исследования ве­лись в основном по трем направлениям. Одни работы по­священы конкретным исследованиям распространенности и факторов, способствующих алкоголизации среди уча­щихся; вторые посвящены влиянию алкоголя на детский и юношеский организм; третьи - роли школы в профилак­тике алкогольных бед среди учащихся и задачам школы в борьбе за трезвость.

Представляет интерес деятельность детских об­ществ трезвости второго десятилетия ХХ века в России. Правда, деятельность их не всегда соответствовала Уставу. Вначале общества боролись за полутрезвость, то есть раз­решалось потреблять пиво, сидр, вино. Отрицалась толь­ко водка и самогон. Ясно, что эти противоречия в детских обществах трезвости не могли привести к положительным результатам отрезвления подростков.

В 1912 году в Москве вышла книжка М. Рязанова «Про­тивоалкогольный детский праздник», с 1913 года в школь­ных тетрадях появились промокашки с надписью: «Буду­щее принадлежит трезвым нациям», а в 1914 году издана книжка В. Ф. Смирнова «Георгиевский детский кружок как мера борьбы со школьными пороками». Много внимания стало уделяться в периодической печати алкоголизации и борьбе за трезвость среди детей и подростков (36).

В Казани выходил журнал «Праздник трезвости», в Серпухове Московской губернии «Воскресный ли­сток», в Острове Псковской губернии «Друг трезвости», Воронеже - «Заря трезвости», Одессе - «Зеленый змий», Уфе - «Уфимское попечительство о народной трезвости», Царицыне - «Царицынский трезвенник» и др. Несколько журналов в защиту трезвости выходило в Москве, причем все они назывались: «В борьбе за трезвость». В Петербур­ге выходили журналы: «Листок трезвости», «Народная

трезвость», «Отрезвление», «Сеятель трезвости», «Сила трезвости», «Трезвая жизнь», «Трезвость и бережливость», «Трезвые всходы» и др.

В 1910 году Святейший Синод издал указ, согласно которому в церковноприходских школах вводились специ­альные «уроки трезвости».

С 6 по 12 августа 1912 года в Москве состоялся Всерос­сийский съезд практических деятелей по борьбе с алкого­лизмом, где из 53 прочитанных докладов 10 были посвяще­ны преподаванию учения о трезвости в школе.

К 1914 году в России было уже 400 обществ трезво­сти. Они активно действовали, пропагандируя трезвый образ жизни. Издавались плакаты, специальные календа­ри и памятки, выпускались книги, журналы. Активисты обществ читали лекции, проводили конференции. Был открыт противоалкогольный музей. Стали популярными трезвые и дешевые чайные, столовые. Против алкоголь­ной политики царского правительства поднялась букваль­но вся русская интеллигенция. Большевистская фракция в Государственной Думе совместно с крестьянскими де­путатами добилась обсуждения алкогольной политики. Опровергая упреки рабочим, что они отрицают трезвость, видный латышский социал-демократ, депутат III Государ­ственной думы А. Я. Предкальн огласил резолюцию рабо­чей делегации:

«1. Идея трезвости должна пропагандироваться сре­ди рабочих.

2. Борьба с пьянством должна стать составной ча­стью общеклассовой борьбы рабочих.

3. Пропаганда должна вестись не за умеренность, а за абсолютное воздержание...»

По инициативе большевиков и крестьянских депу­татов были вынесены на рассмотрение Государственной думы и Государственного Совета дебаты о «сухом» зако­не. Но правящий класс (как и сегодня - в начале XXI века)

оказывал всяческое сопротивление этим дебатам. Это и понятно : многие из членов Государственного Совета явля­лись владельцами винокуренных заводов.

И все же движение за трезвость одержало победу.

Антиалкогольные выставки и музеи

В 1893 году на Всероссийской гигиенической выстав­ке в отделе С.-Петербургского общества трезвости была организована Н. И. Григоьевым небольшая антиалкоголь­ная выставка. 6 декабря 1908 года в Москве открылась Первая передвижная выставка по вопросам алкоголизма. Говоря о содержании экспозиций выставки, В. Д. Левин­ский в своем докладе отмечал, что первый отдел - общий - включал основные сведения об алкоголизме, убеждающие в общем вреде алкоголя для человечества, и меры борьбы с этим злом. Дальнейшие отделы знакомили с вредным влиянием алкоголя на здоровье человека, на ухудшение его благосостояния и на уменьшение его нравственности. Обращалось особенное внимание на постепенное вырож­дение народа, поддающегося поголовному пьянству, ука­зывалось на страшный вред алкоголя для подрастающего поколения. Затем следовал отдел мер борьбы с пьянством, где сгруппированы были результаты действий в этом на­правлении попечительств о народной трезвости, обществ трезвости и частных лиц. Видное место отведено было избавлению от алкоголизма и вытрезвлению пьяных как за границей, так и в России. Для ознакомления с деятель­ностью заграничных корифеев науки и обществ трезвости составлена была самостоятельная группа портретов с ре­зультатами трудов главнейших германских, австрийских и других обществ трезвости, среди которых видное место занимали «дамские кружки» для борьбы с народным пьян­ством. Последний отдел - «народный» - создан был как

отдел популяризации вопроса о вреде алкоголя для менее подготовленной публики из массы народа. За восемь меся­цев работы выставку посетило 16 226 чел. Посетители вы­ставки получали бесплатно брошюру «Алкоголь в жизни человека» и листок с краткими сведениями «об устройстве и значении выставки /краткий указатель». Особое внима­ние посетителей привлекало «алкогольное дерево», корни которого - культурпитейство - питали ядовитые плоды: болезни, раннюю смерть, семейные раздоры и так далее. Всех «плодов» на дереве насчитывалось более 40.

Вторая подобная выставка в Москве была организо­вана в 1915 году. Только за первых два дня выставку по­сетило более 500 членов первичных обществ борьбы с алкоголизмом.

Первая антиалкогольная выставка в С.-Петербурге была устроена членами организационного комитета I Все­российского съезда по борьбе с пьянством и работала с 1 января по 1 мая 1910 года. За время работы выставку посетили около 48 тыс. чел. Выставка имела 6 отделов: статистические данные по вопросам о приготовлении и потреблении спиртных изделий и по алкогольному во­просу вообще; влияние спиртных изделий на организм человека и животных; причины алкоголизма народных масс и меры борьбы с пьянством; техническое примене­ние спирта; напитки, не содержащие алкоголя; литература по алкоголизму. На выставке проводились показательные школьные уроки трезвости, члены Комиссии по вопросу об алкоголизме давали пояснения к экспонатам. По от­зывам печати, особенно иностранной, петербургская вы­ставка по богатству коллекций превзошла все подобные зарубежные выставки и музеи.

Антиалкогольные выставки проходили в Нижнем Новгороде, Варшаве, Лодзи и других городах страны. Кро­ме них, действовали также передвижные выставки на мно­гих железных дорогах. Министерство путей сообщения

оборудовало специальные вагоны с антиалкогольными экспонатами, которые разъезжали по линии. Разъяснения к экспонатам давали врачи.

В 1909 году в Нижнем Новгороде был образован пер­вый в России музей по борьбе с пьянством.

В начале 1911 года в Москве на Нижней Кисловке в доме проф. А. А. Корнилова усилиями членов Кружка дея­телей по борьбе со школьным алкоголизмом был открыт противоалкогольный музей. Во время II Всероссийского съезда практических деятелей по борьбе с алкоголизмом в нем проводились экскурсии для его участников.

С 9 июля по 9 сентября 1914 года Нижегородский яр­марочный комитет попечительства о народной трезвости организовал работу противоалкогольного музея. В нем экспонаты были размещены в следующей последователь-

ности: производство спирта; состав спиртных изделий и их питательность; питательность пищевых продуктов; алкоголь и школа; влияние алкоголя на развитие престу­плений и самоубийств; влияние алкоголя на физическое здоровье; влияние алкоголя на смертность; алкоголизм и чахотка; алкоголизм и душевные болезни; алкоголизм и наследственность; лечение алкоголизма; деятельность особого Нижегородского ярмарочного комитета попечи­тельства о народной трезвости; Всероссийские съезды по борьбе с пьянством; Казанское общество трезвости; Алек­сандровское общество трезвости; уездные комитеты попе- чительств о народной трезвости; частные общества трез­вости; народные картины; первая Всероссийская школа трезвости; библиотека по борьбе с пьянством.

1910 год был вторым годом существования противо­алкогольной выставки, но стала она называться музеем. В этом году музей занял собственное помещение, а не вре­менное, как в предыдущем году. Министерством финан­сов было отпущено Особому ярмарочному комитету По­печительства о народной трезвости 5000 руб. на постройку собственного здания. Проект здания был разработан архи­тектором Е. М. Мичуриным. Постройка музея была начата 20 июня и окончена 21 июля 1910 года. Освещение и откры­тие музея состоялось 25 июля в присутствии губернской администрации, представителей ярмарочных и городских общественных учреждений и других почетных гостей.

В музее, помимо прошлых экспонатов выставки, де­монстрировались коллекции экспонатов С.-Петербургского и Московского попечительств о народной трезвости, 1-й Российской Сергиевской школы трезвости, Главного управления неокладных сборов и казенной продажи пи- тей. Экспонаты выставки представляли диаграммы с пояс­нениями о размерах пьянства в России и других странах, картины и открытки антиалкогольного содержания, диа­позитивы для волшебного фонаря, цветную коллекцию для

чтений. Пояснения экспонатам давали Г. И. Левенштейн и Ю. И. Муравьев. Для руководства посетителей был издан составленный П. М. Калашниковым каталог, который раз­давался бесплатно.

В помещении музея от Александро-Невского обще­ства производилась продажа по общедоступным ценам картин, брошюр, посвященных вопросу борьбы с алкого­лизмом. Кроме выставочной работы, проводилась и пояс­нительная работа с посетителями.

В саду «Народная забава» проводились чтения на ан­тиалкогольную тему. Было устроено 18 чтений, 7 - в по­мещении музея. Всего на чтениях было до 2000 человек, в среднем ежедневно до 110 человек. Большинство посетите­лей музея - крестьяне и рабочие - постоянные гости Са- мокатской площади. Вход в музей был бесплатный. Число посетителей проверялось посредством турникета. Всего с 25 июля по 8 сентября, в течение 45 дней, посетителей было 29 194 человек, в среднем ежедневно 648 человек. По закрытии музея на ярмарке принадлежащие музею экспона­ты были перевезены на зиму в город и помещены в здание чайной «Столбы» для обозрения публики.

Музей действовал с 1910 по 1915 год во время действия ярмарки. Посетителями музея были в основном крестьяне, рабочие, учителя, врачи, духовенство, и это говорило о том, что музей выполнял просветительскую миссию, роль постоянного центра распространения информации на ан­тиалкогольную тему по всей губернии, поскольку врачи и учителя несли знания о вреде алкоголя дальше в народ. Из года в год публика приходила ознакомиться с обновле­нием коллекции музея.

Следующим направлением просветительской деятель­ности Нижегородского ярмарочного комитета была бес­платная раздача изданий противоалкогольного содержания. Тематика изданий была такой: «Что должно знать о водке?»,

«Правда о пиве», «Что должны знать люди с больными и по­дозрительными легкими об алкоголе?»

Отдел Всероссийского Александра-Невского обще­ства (братства) трезвости во Владимире в 1916 году от­крыл противоалкогольный музей, в котором проводились лекции и народные чтения.

Деятельность Братства Димитрия Солунского в То­больске имела большую популярность. Особенно актив­ным было существовавшее при нем Общество трезвости. На деньги братства были открыты 17 библиотек и читален при церквях. Во время Первой мировой войны населению были предложены сборники военных рассказов, книги о подвигах русских воинов, газеты, в которых освещались боевые события. В средствах общество не было стеснено, поскольку, помимо пожертвований и членских взносов, их составляли сборы с церквей и прибыль от продажи пе­чатной продукции.

Среди других форм воспитательной работы форми­рование использовало «уличную библиотеку». В четыр­надцати самых многолюдных местах Тобольска были развешаны в рамках тексты назидательного характера: «Против пьянства», «О вреде табакокурения», «О мире и согласии в семейной жизни» и другие. По примеру То­больска идея «уличной библиотеки» была подхвачена и региональными отделами братства - в Кургане, Тюмени и других городах губернии.

Активисты общества организовали антиалкоголь­ный музей, различные выставки, устраивали «праздни­ки трезвости», литературные вечера с пением, пытаясь тем самым оздоровить быт рабочих и крестьян, отвлечь их от потребления алкоголя. При вступлении в общество его члены давали обет не употреблять спиртное. По вы­ходным они ездили организовывать народные чтения и в каторжных тюрьмах (37).

<< | >>
Источник: Маюров А.Н.. Борьба с пьянством в России с древних времен до наших дней / Сост., предисл., примем. А. Н. Маюрова / Отв. ред. О. А. Платонов. — М.: Институт русской цивилиза­ции,2016. — 880 с.. 2016

Еще по теме Глава 2 БОРЬБА С ПЬЯНСТВОМ И СПАИВАНИЕМ НАРОДА В КОНЦЕ XIX - НАЧАЛЕ XX ВЕКА:

  1. Маюров А.Н.. Борьба с пьянством в России с древних времен до наших дней / Сост., предисл., примем. А. Н. Маюрова / Отв. ред. О. А. Платонов. — М.: Институт русской цивилиза­ции,2016. — 880 с., 2016
  2. Глава 1. ЛИТЕРАТУРНЫЙ ОБЗОР
  3. Глава I. ОПТИЧЕСКИЕ АНОМАЛИИ В КРИСТАЛЛАХ.
  4. Глава 5. ПРОМЫШЛЕННАЯ АПРОБАЦИЯ РЕЗУЛЬТАТОВ
  5. Глава 2. Материалы, оборудование и методики исследования
  6. ГЛАВА 2. ОЦЕНКА СИСТЕМЫ ПЕРСОНАЛЬНЫХ ФИНАНСОВ РОССИИ
  7. ГЛАВА 2. СИНТАКСИС КАК СОДЕРЖАТЕЛЬНАЯ СОСТАВЛЯЮЩАЯ ТЕКСТА
  8. ГЛАВА 4. РАЗРАБОТКА АЛГОРИТМА ОПТИМИЗАЦИИ ЖЕЛЕЗОБЕТОННЫХ ПЛИТ
  9. ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ РАЗВИТИЯ ПЕРСОНАЛЬНЫХ ФИНАНСОВ
  10. ГЛАВА 3. ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНО-ТЕОРЕТИЧЕСКОЕ ОБОСНОВАНИЕ РАЗРАБОТАННЫХ АЛГОРИТМОВ РАСЧЕТА ПЛИТ
  11. Глава I. Правовая сущность и значение производства в суде надзорной инстанции
  12. ГЛАВА 2. ПРАВОВЫЕ ОСОБЕННОСТИ СПЕЦИАЛЬНЫХ ФУНКЦИЙ БАНКОВ В НАЛОГОВЫХ ПРАВООТНОШЕНИЯХ
  13. ГЛАВА 3. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ МОДЕРНИЗАЦИИ СИСТЕМЫ ПЕРСОНАЛЬНЫХ ФИНАНСОВ РОССИИ
  14. ГЛАВА 3. СИНТАКСИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ТЕКСТА КАК МЕТАСРЕДСТВО ПРОБУЖДЕНИЯ РЕФЛЕКСИИ