<<
>>

Выводы по Главе 8

1.В силу положений п. 5 ч.1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности...» и ч. 6 ст. 15 КПЭА Резолюция Всероссийского съезда адвокатов представляет собой обяза­тельное для всех без исключения адвокатов, осуществляющих свою деятельность на территории Российской Федерации, решение собрания, принятое в результате обсуж­дения конкретного вопроса на заседании съезда и отражающее мнение делегатов Съез­да относительно рассмотренного вопроса.

2 . Анализ текста Резолюции в сопоставлении с текстом Разъяснения № 03/1 9 и текстом Обращения показывает, что Резолюция содержит в себе следующие искаже­ния и неточности:

- ошибка в количественном составе лиц, подписавших Обращение;

- не установление способов, при помощи которых был распространен текст Обра­щения;

- односторонний искаженный подход к пониманию роли адвоката в уголовном судопроизводстве;

- искажение содержания объективной стороны предполагаемого в Резолюции эти­ческого нарушения, свидетельствующее об отсутствии в Обращении полной характе­ристики деяния как элемента объективной стороны этического нарушения;

- неверное и не соответствующее фактическим обстоятельствам дела предположе­ние об отсутствии информации об обстоятельствах, имеющих место в Адвокатской па­лате Республики Башкортостан у подписантов Обращения;

- декларирование в Резолюции неправомерного отказа от установленного в КПЭА субъективного вменения;

- правовая неопределенность используемых терминов и установление неопреде­ленного порядка дисциплинарного производства по делам об Обращении.

3. Резолюция IX Всероссийского Съезда адвокатов «Об адвокатской этике» содер­жит в себе выражение выявленного еще при рассмотрении Разъяснения 03/19 иска­женного и не соответствующего положениями науки и практики понимания принципов самоуправления, независимости, корпоративности адвокатуры, а также не содержит в себе никаких доводов, которые могли бы обосновывать наличие нарушений соответ­ствующих принципов в результате Обращения.

При этом Резолюция, по причине ее со­держания, грубейшим образом нарушает принцип законности и принцип равноправия адвокатов.

4. Сопоставление приведенных и сформулированных в юридической науке и нор­мах права и КПЭА положений с содержанием текста Резолюции, дает основание сде­

лать вывод о том, что в ее текст заложен и активно применяется так называемый прием «подмены тезиса», сопровождающийся игнорированием значимых моментов, закре­пленных в законодательстве.

Так, например, говоря об Обращении как об акте, нарушающем принцип «корпора­тивности адвокатуры», авторы резолюции на самом деле говорят не о принципе кор­поративности адвокатуры, в действительном и полном его смысле, а лишь об одном из его проявлений - наличии на определенной территории органов корпоративного управления адвокатурой и их вспомогательных органов, а также наличии у них опре­деленных полномочий.

5. Очевидно, что наличие в адвокатуре органов корпоративного управления не означает, что адвокат каким-то образом перестает быть членом единой корпорации адвокатов применительно к правоотношениям, которые установлены ФЗ «Об адвокат­скойдеятельности...» и КПЭА, и именно адвокаты, как составные элементы адвокат­ского сообщества, а не органы корпоративного управления адвокатурой являются но­сителями принципа корпоративности в адвокатуре.

6. По своему смысловому значению содержание Резолюции направленно на поддержание ситуации, сложившейся к настоящему времени в российской адвока­туре, при которой адвокаты полностью лишены права эффективно влиять на прини­маемые решения, права избирать и быть избранными. Также Резолюция направлена на самозащиту лиц, являющихся членами органов корпоративного управления от любого внешнего воздействия со стороны адвокатов, являющихся членами профессионально­го сообщества, в чьих интересах должны действовать соответствующие органы.

7. Представители органов корпоративного управления (не все, но в своем большин­стве, как следует из сведений о процессе голосования на Всероссийском съезде адвока­тов по Резолюции), являющиеся, как правило, Президентами адвокатских палат субъ­ектов РФ, несмотря на отсутствие в законодательстве и нормах КПЭА прямого и даже опосредованного запрета на реализацию права каждого на обращение, путем принятия Резолюции пытаются незаконно, пользуясь своим положением, ограничить право на обращение, принадлежащее каждому адвокату как гражданину Российской Федера­ции, что является демонстрацией дискриминации осуществляемой со стороны адвока­тов-членов органов корпоративного управления в отношении всех представителей ад­вокатского сообщества, не входящих в эти органы.

8.

Системный смысловой и юридический анализ текста Резолюции, с учетом поло­жений законодательства и КПЭА о ее обязательности, с учётом тго, что она была при­нята хронологически позднее, чем Разъяснение № 03/19, позволяет утверждать, что смысл ее принятия и ее роль состоит в юридическом обосновании правильности со­

держания Разъяснения КЭС № 03/19 и в «идеологическом» обосновании необходи­мости его существования и действия.

Положения данной Резолюции допускают ее применение в дисциплинарном про­изводстве для обоснования виновности адвоката в совершении нарушения этической нормы, введенной в Разъяснения № 03/19 и содержат в себе некоторые рекомендации по применению Разъяснений, к которыми также добавилось принятое позднее Инфор­мационное письмо ФПА РФ № 68-05-19-АП от 16 мая 2019 г.

9. Авторами Резолюции допущена подмена понятий, поскольку термин «независи­мость адвокатуры» начал пониматься как «независимость руководителей от адвокату­ры», при том, что именно адвокаты, а не органы корпоративного управления занимают ведущее место в структуре адвокатуры. Данное понимание не является правильным, поскольку независимость органов корпоративного управления не может быть истол­кована в отрыве от независимости адвокатуры.

Авторами Резолюции допущены нивелирование принципов законности, равнопра­вия адвокатов, а также искаженное понимание принципа корпоративности и самоу- правляемости в адвокатуре. Неточности, искажения, нарушения принципа законности, допущенные при фактическом описании обстоятельств, которые послужили поводом для принятия Резолюции, наглядно демонстрируют то, что детальное рассмотрение Обращения с точки зрения его содержательной части, не проводилось, содержание Об­ращения в Резолюции съезда не учтено, о чем, в частности, свидетельствует полное иг­норирование со стороны ФПА РФ и ее органов проблемных вопросов, затронутых в обращении, на которые ФПА РФ не предпринимала ранее и ныне не предпринимает никаких действенных мер реагирования.

10. Общая содержательно-функциональная оценка Резолюции состоит в том, что она представляет из себя антиконституционный, противозаконный противоречащий нормам адвокатской этики акт, нарушающий права ВСЕХ адвокатов Российской Фе­дерации путем запрещения осуществлять обращения в ЛЮБЫЕ органы государствен­ной власти с заявлениями о проведении проверки в отношении органов адвокатского самоуправления, содержащими требования или призывы к вмешательству в их дея­тельность либо к осуществлению в отношении них проверочных и контрольных меро­приятий.

Этот реакционный акт, принятый без предварительного широкого обсуждения, является яркой демонстрацией дискриминации «руководством органов корпоратив­ного управления адвокатурой» в отношении так называемых этим же руководством «рядовых адвокатов», преследует цель создать очередной барьер на пути становления законности, развития истинной независимости, укрепления корпоративности и само-

управляемости в адвокатуре, способствует подавлению в адвокатуре прогрессивных демократических начал, формирует мнение об адвокатуре как об архаичном клане «ма­фиозного» типа, основным принципом которого является запрет на сообщение госу­дарственным органам о деяниях, совершаемых представителями «руководящей вер­хушки», способствует стагнации в развитии адвокатуры и консервации значительного количества не решенных и с каждым днем усугубляющихся правовых и организацион­ных проблем, с которыми ежедневно сталкивается адвокатура как институт граждан­ского общества и каждый адвокат в России.

<< | >>
Источник: Рагулин А.В.. Трактат об Обращении 32-х, принципах, дискриминации и демократии в российской адвокатуре: монография. (пре- дисл.: Г.Б. Мирзоев, послесл.: А.В. Воробьев) - Москва.: Российская академия адвокатуры и нотариата, Евразийский научно-исследовательский институт проблем права,2019. - 584 с.. 2019

Еще по теме Выводы по Главе 8:

  1. Основные выводы по главе 2
  2. 4.4 Основные выводы по главе 4
  3. 3.11 Основные выводы по главе 3
  4. Выводы по второй главе
  5. Выводы по главе 3
  6. Выводы по главе 1
  7. ВЫВОДЫ ПО ГЛАВЕ 1.
  8. ВЫВОДЫ ПО ГЛАВЕ 2.
  9. Выводы по главе 2
  10. ВЫВОДЫ ПО ГЛАВЕ 3.
  11. ОСНОВНЫЕ ВЫВОДЫ ПО ГЛАВЕ 3
  12. ОСНОВНЫЕ ВЫВОДЫ ПО ГЛАВЕ 2
  13. ОСНОВНЫЕ ВЫВОДЫ ПО ГЛАВЕ 4
  14. Выводы по первой главе:
  15. ОСНОВНЫЕ ВЫВОДЫ ПО ГЛАВЕ 1
  16. ПРИЛОЖЕНИЯ К ГЛАВЕ 2
  17. Выводы