<<
>>

Имело ли место воздействие на членов КЭС со стороны вице-президентов ФПА РФ?

Высказанная Г. М. Резником позиция о том, что в отношении Обращения ч. 2 ст. 5 и ч.5 ст.9 КПЭА не обладают признаками правовой определенности в общем вер­на. В посте по этому поводу отмечается, что сам факт принятия КЭС Разъяснения № 03/19 от 17 апреля этому подтверждение - «была бы ясность, чего тогда прини­мать» и подчеркивается, что «ссылаться на это Разъяснение в состоявшихся заключе­ниях КК и решениях Советов, нельзя: обратной силой оно не обладает».

В то же время не ясно, почему принцип правовой определенности, являющийся об­щеправовым и касающийся не только соотношения Обращения с положениями КПЭА, но и соотношения Разъяснения № 03/19 с положениями нормативных актов и КПЭА, распространяющих свою силу, не был учтен большинством членов КЭС, голосовавшим «за» при принятии Разъяснения? И здесь напрашивается несколько предположений: либо имеет место недостаточная квалификация членов КЭС, либо было осуществлено оказание воздействия на членов КЭС со стороны иных лиц, в том числе и при принятии соответствующих решений, хотя эти два фактора могут и «соседствовать».

В информационном сообщении о заседании КЭС, на котором было принято «зло­получное» Разъяснение № 03/19, было отмечено, что на заседании присутствовали, помимо членов КЭС «первый вице-президент ФПА РФ Евгений Семеняко, вице-пре­зиденты ФПА РФ Генри Резник, Алексей Галоганов, Владислав Гриб, Николай Рога­чёв, исполнительный вице-президент ФПА РФ Андрей Сучков, президент АП г. Мо­сквы Игорь Поляков, президент АП Ивановской области Елена Леванюк, президент АП Республики Башкортостан Булат Юмадилов, член Совета ФПА РФ Христофор Иванян»[529]. Наряду с этим, в информационном сообщении не указано, кто именно из членов КЭС принимал участие в заседании.

С какой целью на заседании КЭС присутствовала столь представительная делега­ция, состоящая из значительного числа вице-президентов ФПА РФ, не ясно.

В то же время очевидно, что лишь представители адвокатских палат, обратившиеся в КЭС за разъяснением (Б. Г. Юмадилов и А. п. Галоганов) должны были принимать участие в заседании.

Что именно делали на заседании, иные лица, откровенно говоря, не ясно, и если они в ходе этого заседания выступали, не является ли это выступление проявлением запре­щенного ст. 4 Регламента КЭС оказания влияния на КЭС?

3.

<< | >>
Источник: Рагулин А.В.. Трактат об Обращении 32-х, принципах, дискриминации и демократии в российской адвокатуре: монография. (пре- дисл.: Г.Б. Мирзоев, послесл.: А.В. Воробьев) - Москва.: Российская академия адвокатуры и нотариата, Евразийский научно-исследовательский институт проблем права,2019. - 584 с.. 2019

Еще по теме Имело ли место воздействие на членов КЭС со стороны вице-президентов ФПА РФ?:

  1. 33. Правовое положения членов (бывших членов) семьи нанимателя жилого помещения.
  2. 9. Исполнение договора поставки: время, место, участники.
  3. ОСОБЕННОСТИ ОПТИМИЗАЦИИ ПЛИТ С УЧЕТОМ ЗАПРОЕКТНЫХ ВОЗДЕЙСТВИЙ
  4. 2. Права и обязанности сторон по договору купли-продажи.
  5. 42. Договор строительного подряда: понятие, элементы, ответственность сторон.
  6. 29. Права и обязанности сторон по договору социального найма жилого помещения.
  7. 48. Содержание договора перевозки грузов. Ответственность сторон за его ненадлежащее исполнение.
  8. 56. Права и обязанности сторон по договору банковского счета. Прекращение договора.
  9. 52. Права, и обязанности сторон по договору банковского кредитования. Санкции за ненадлежащее исполнение договора.
  10. 2. Виды контроля и надзора за законностью в деятельности органов исполнительной власти
  11. 2. Органы исполнительной власти в области безопасности
  12. 31. Обмен жилых помещений по Жилищному кодексу РФ.
  13. 3. Порядок издания и отмены актов государственного управления
  14. 36. Расторжение договора социального найма жилого помещения с предоставлением другого благоустроенного жилого помещения.
  15. 37. Расторжение договора найма жилого помещения по Гражданскому кодексу РФ- основания и порядок.
  16. 35. Расторжение договора социального найма жилого помещения без предоставления другого жилого помещения.