<<
>>

Гражданский кодекс РФ и ФЗ «О некоммерческих организациях»: некоторые возможности нормативного регулирования деятельности АП субъектов РФ и ФПА РФ или в чем смысл изгнания «неугодного» адвоката из корпорации?

В юридической литературе обосновано отмечается, что из положений п. 18 ст. 22, п. 2 ст. 24, п. 1 ст. 29 и п. 1 ст. 35 ФЗ «Об адвокатской деятельности...», следует, что регулирование деятельности корпоративных структур адвокатуры осуществляется, помимо этого закона, еще и положениями Гражданского кодекса РФ и на основе под­ходов к регулированию деятельности некоммерческих организаций и применением со­ответствующего законодательства[215].

Особенности нормативного регулирования адвокатской деятельности и адво­катуры, обусловливают необходимость рассмотрения принципа корпоративности в адвокатуре не только с позиций содержания положений ФЗ «Об адвокатской дея­тельности...» и КПЭА, но и с точки зрения гражданско-правового регулирования и ре­гулирования административно-правовыми нормами.

Анализ гражданско-правовых аспектов принципа корпоративности в адвокатуре и адвокатской деятельности указывает на наличие существенных дополнений, кото­рые на основании положений норм ГК РФ вкладываются в содержание правового ре­гулирования механизма корпоративных правоотношений, существующих и на уровне адвокат - АП субъекта РФ, и на уровне адвокат - ФПА РФ.

Этот подход позволяет уловить не только формально-юридический и нравствен­но-правовой смысл такого явления, как применение к адвокату меры дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката, но и организационный и даже финансово-экономический смысл, при том, что АП субъекта РФ и ФПА РФ позицио­нируются именно как некоммерческие организации.

Содержание гражданско-правовых норм, применяющихся к правоотношениям, возникающим между адвокатом как членом адвокатской палаты и адвокатской пала­той, то есть на уровне адвокат - АП субъекта РФ, показывает, что они в значительной

степени сосредоточены на правовом регулировании вопросов, напрямую связанных с имуществом и денежными средствами, а также с общими вопросами управления адво­катской палатой как корпоративной организацией.

Согласно ст. 50 ГК РФ юридическими лицами могут быть организации, не имею­щие извлечение прибыли, в качестве такой цели и не распределяющие полученную прибыль между участниками (некоммерческие организации), причем юридические лица, являющиеся некоммерческими организациями, могут создаваться в организаци­онно-правовых формах адвокатских палат.

В ч. 6 ст. 50 ГК РФ, указывается, что к отношениям по осуществлению некоммер­ческими организациями своей основной деятельности, а также к другим отношениям с их участием, не относящимся к предмету гражданского законодательства (статья 2), правила настоящего Кодекса не применяются, если законом или уставом некоммерче­ской организации не предусмотрено иное.

В ст. 2 ГК РФ устанавливается перечень отношений, регулируемых гражданским законодательством, который включает в себя следующие общественные отношения, имеющие непосредственное отношение к правовому регулированию рассматриваемых общественных отношений:

- правовое положение участников гражданского оборота;

- отношения, связанные с участием в корпоративных организациях или с управле­нием ими (корпоративные отношения), договорные и иные обязательства, а также дру­гие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

Исходя из положений ст. 65.1 ГК РФ (с учетом признаков, указанных в норме и возможности применения ГК РФ по аналогии в силу ст. 6) адвокатские палаты от­носятся к корпоративным юридическим лицам (корпорациям), основным признаком которых, является то, что их учредители (участники), обладающие правом участия (членства) в них, приобретают корпоративные (членские) права и обязанности в от­ношении созданного ими юридического лица и формируют их высший орган в соот­ветствии с положениями п.1 ст. 65.3 ГК РФ, согласно которому высшим органом кор­порации является общее собрание ее участников.

В данной норме также указывается, что в некоммерческих корпорациях с числом участников более ста высшим органом может являться съезд, конференция или иной представительный (коллегиальный) орган, определяемый их уставами в соответствии с законом.

Компетенция этого органа и порядок принятия им решений определяются ГК РФ, другими законами и уставом корпорации.

В ст. 65.2 ГК РФ предусмотрены следующие права и обязанности участников кор­порации:

- участвовать в управлении делами корпорации;

- в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом и учредительным доку­ментом корпорации, получать информацию о деятельности корпорации и знакомиться с ее бухгалтерской и иной документацией;

- обжаловать решения органов корпорации, влекущие гражданско-правовые последствия, в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом;

- требовать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), возмещения причиненных корпорации убытков (статья 53.1);

- оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 ГК РФ или законами о корпо­рациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения послед­ствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Исходя из положений ст. 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, явля­ется оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согла­сия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Законом или в предусмотренных им соглашениях с лицом, согласие которого необ­ходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть при­знана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

На основании положений ч. 2 ст. 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридиче­ского лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному

в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица, либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой сторо­ны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В юридической литературе по поводу сделок о которых ведется речь в ч. 2 ст. 174 ГК РФ отмечается следующее: «Важным условием оспаривания такой сделки явля­ется наличие доказательств причинения ущерба интересам представляемого. Иначе говоря, данный состав недействительности не является формальным, а предполагает доказывание ущерба. Например, если в результате сговора компания в лице подку­пленного директора или иного представителя продает некоторое имущество по цене ниже рыночной или приобретает имущество по цене выше рыночного уровня, есть основания для аннулирования сделки по правилам п. 2 ст. 174 ГК, так как налицо не только сговор, но и ущерб интересам представляемого.

Но ущерб может выражаться не только в совершении сделки не по рыночной цене, но и в иных проявлениях, если представляемому навязывается сделка, которую он ско­рее всего не совершил бы, или сделка на условиях, менее выгодных, чем мог реально добиться представитель. Например, если директор покупателя покупает некое иму­щество по цене, не сильно отличающейся от рыночной, но при этом получает от про­давца лично т.н. «откат» в размере 10% от цены за согласие совершить такую сделку, следовательно, он мог совершить сделку от имени покупателя по цене как минимум на 10% ниже. Тот факт, что он этого не сделал, а решил заработать за счет своего рабо­тодателя (представляемого), означает совершение сделки в ущерб последнему в усло­виях конфликта интересов и прямого сговора с контрагентом. Некоторые менеджеры или агенты цинично считают, что в подобной ситуации они не причиняют ущерб своей компании (представляемому), и все остаются довольными, но это грубо противоречит экономической логике и сути фидуциарных отношений между ними.

Более того, согласно п.93 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 года № 25 ущерб может заключаться как в любых материальных потерях, так и в наруше­нии иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контро­ля, умалении деловой репутации).

Установление ущерба интересам представляемого не самое простое предприятие, так как суду ретроспективно необходимо определить, совершил бы сам представляе­мый такую сделку на соответствующих условиях, если бы реализовывал свои интере­сы непосредственно, без помощи представителя. Тем не менее, как представляется, на­личие доказательств недобросовестного сговора (например, коммерческого подкупа)

должно презюмировать наличие ущерба и перекладывать бремя доказывания его от­сутствия на сторону, заинтересованную в сохранении сделки.

Здесь вполне применима по аналогии норма абз.2 п.3 ст.182 ГК, согласно которой при оспаривании представляемым сделки, совершенной представителем с самим собой или с лицом, которого он одновременно представляет, наличие ущерба предполагает­ся, а обратное должно доказываться ответчиком»[216].

При этом, в ч. 2 ст. 174 ГК РФ (в отличие от нормы п.1 данной статьи) нет прямо­го указания на право подачи иска теми, чьи интересы может нарушить сделка юриди­ческого лица. Из этого не следует, что возможность подачи иска от учредителей, или членов юридического лица утрачивает нормативное основание. В силу общеправовых принципов и положений ст. 55 Конституции РФ, устанавливающих, что ограниче­ние на реализацию каких-либо прав допускается только на основании закона, а также в силу положений норм ГК РФ, санкционирующих применение его положений по аналогии, отсутствие прямого нормативного основания не является основанием для отказа лицу в реализации соответствующего права.

Вышеизложенное означает, что адвокат - член адвокатской палаты, как корпора­тивной организации, имеет право в порядке гражданского судопроизводства оспорить любую сделку, совершенную от имени АП субъекта РФ, по основаниям, предусмотрен­ным в ст. 173.1 и ст. 174 ГК РФ, а именно в ситуациях, когда:

1. сделка, совершена без необходимого в силу закона согласия органа юридиче­ского лица, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа;

2. сделка, совершенная действующим от имени юридического лица без доверенно­сти органом юридического лица в ущерб интересам юридического лица, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для юридического лица, либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам юридического лица.

Следует обратить внимание и на то, что к правовому регулированию деятельности адвокатских палат, помимо законодательства об адвокатской деятельности и адвока­туре и норм ГК РФ, применяются положения Федерального Закона от 12.01.1996 г. № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях».

На основании ст. 1 «О некоммерческих организациях», этот Федеральный за­кон определяет особенности гражданско-правового положения некоммерческих ор­ганизаций отдельных организационно-правовых форм, видов и типов и применяется по отношению ко всем некоммерческим организациям, созданным или создаваемым на территории Российской Федерации, постольку, поскольку иное не установлено насто­ящим Федеральным законом и иными федеральными законами.

В ч.1 ст. 27 этого ФЗ ведется речь о «конфликте интересов» и указывается, что для целей настоящего Федерального закона лицами, заинтересованными в совершении некоммерческой организацией тех или иных действий, в том числе сделок с другими организациями или гражданами, признаются руководитель (заместитель руководите­ля) некоммерческой организации, а также лицо, входящее в состав органов управле­ния некоммерческой организацией или органов надзора за ее деятельностью, если ука­занные лица состоят с этими организациями или гражданами в трудовых отношениях, являются участниками, кредиторами этих организаций, состоят с этими гражданами в близких родственных отношениях или являются их кредиторами. При этом указан­ные организации или граждане являются поставщиками товаров (услуг) для неком­мерческой организации, крупными потребителями товаров (услуг), производимых не­коммерческой организацией, владеют имуществом, которое полностью или частично образовано некоммерческой организацией, или могут извлекать выгоду из пользова­ния, распоряжения имуществом некоммерческой организации. Заинтересованность в совершении некоммерческой организацией тех или иных действий, в том числе в со­вершении сделок, влечет за собой конфликт интересов заинтересованных лиц и неком­мерческой организации.

В ч. 2 ст. 27 ФЗ подчеркивается, что заинтересованные лица обязаны соблюдать интересы некоммерческой организации, прежде всего в отношении целей ее деятель­ности, и не должны использовать возможности некоммерческой организации или до­пускать их использование в иных целях, помимо предусмотренных учредительными документами некоммерческой организации. Под термином «возможности некоммер­ческой организации» в целях настоящей статьи понимаются принадлежащие неком­мерческой организации имущество, имущественные и неимущественные права, воз­можности в области предпринимательской деятельности, информация о деятельности и планах некоммерческой организации, имеющая для нее ценность.

В ч. 3 ст. 27 ФЗ отмечено, что в случае, если заинтересованное лицо имеет заинте­ресованность в сделке, стороной которой является или намеревается быть некоммерче­ская организация, а также в случае иного противоречия интересов указанного лица и некоммерческой организации в отношении существующей или предполагаемой сделки:

- оно обязано сообщить о своей заинтересованности органу управления некоммер­ческой организацией или органу надзора за ее деятельностью до момента принятия ре­шения о заключении сделки (в бюджетном учреждении - соответствующему органу, осуществляющему функции и полномочия учредителя);

- сделка должна быть одобрена органом управления некоммерческой организацией или органом надзора за ее деятельностью (в бюджетном учреждении - соответствую­щим органом, осуществляющим функции и полномочия учредителя).

Кроме того, согласно ч. 4 ст. 27, сделка, в совершении которой имеется заинтере­сованность и которая совершена с нарушением требований настоящей статьи, может быть признана судом недействительной. Также установлено, что заинтересованное лицо несет перед некоммерческой организацией ответственность в размере убытков, причиненных им этой некоммерческой организации, причем если убытки причине­ны некоммерческой организации несколькими заинтересованными лицами, их ответ­ственность перед некоммерческой организацией является солидарной.

На основании положений ст. 128 ГК РФ понятие «имущество» включает в себя на­личные деньги и безналичные денежные средства.

В качестве примера отметим, что в соответствии п. 5.12.15 Устава АП РБ, Совет АП РБ распоряжается имуществом адвокатской палаты в соответствии со сметой и с назначением имущества, а на основании п. 5.18.7 Устава АП РБ Президент АП РБ рас­поряжается имуществом Адвокатской палаты РБ по решению Совета палаты, в соот­ветствии со сметой и назначением имущества.

Положения этих норм со всей очевидностью показывают, что так называемые «сделки с заинтересованностью», совершаемые в адвокатуре президентами адво­катских палат относительно аренды помещений адвокатских палат у самих себя или у близких родственников или близких лиц, или в случае иного противоречия ин­тересов указанного лица и некоммерческой организации, в обязательном порядке, до их совершения, должны получать одобрение коллективного органа управления. Но практика показывает, что такого рода одобрения президентами адвокатских па­лат может не быть получено, как например, это имело место в АП РБ применительно к сделке с тещей президента АП РБ, заключенной 24.12.2014 г.[217]

И здесь следует обратить внимание на ст. 53.1 ГК РФ, поскольку она в значитель­ной степени помогает прояснить вопрос о том, почему в отношении адвокатов-членов корпорации, при определенных обстоятельствах, органам адвокатского самоуправле­ния, читай «их руководителям и членам», жизненно необходимо применить меры дис­

циплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката при отсутствии, подчас, фактических оснований для этого.

На основании положений ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, читай «президент адвокатской палаты», обязано возме­стить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступа­ющих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридиче­скому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (без­действие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычно­му предпринимательскому риску.

Кроме того, в ч. 2 ст. 53.1 ГК РФ закреплены положения о том, что имуществен­ную ответственность несут также члены коллегиальных органов юридического лица (читай - члены Совета АП субъекта РФ), за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

Говоря о деятельности ФПА РФ и ее регулировании приведенными положениями ГК РФ, отметим, что рассмотренные выше нормы в полной мере могут быть примене­ны и к ее деятельности, учитывая при этом, что членами ФПА РФ являются адвокат­ские палаты субъектов РФ.

Это обстоятельство, учитывая, что члены Совета АП субъекта РФ, Совета ФПА РФ, ввиду существования института ротации юридически и фактически могут стать таковыми лишь с обязательного одобрения Президента АП субъекта РФ или Прези­дента ФПА РФ, в адвокатских палатах при определенных обстоятельствах, может сло­житься механизм так называемой «круговой поруки», основанной преимущественно на материальном интересе адвокатов, входящих в состав органов адвокатского самоу­правления. При этом состав делегатов на Всероссийский съезд адвокатов формируется с одобрения Президента АП, либо он сам является делегатом.

Вышеизложенное может повлечь за собой осуществление реакционных действий (прекращение статуса «неугодного» адвоката по решению Совета АП субъекта РФ), изменение положений КПЭА, принятие запретительных актов, а также совершение иных действий, направленных на консервацию сложившегося в адвокатских палатах положения.

Небезынтересными в связи с затронутой проблемой являются также выдержки из судебных решений, вынесенных по иску И. Л. Трунова к ФПА РФ об оспаривании по­ложений КПЭА. В решении суда отмечено: «в соответствии с п. 3 ст. 181.4 ГК РФ, решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско- правового сообщества, не принимавший участия в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения.

По смыслу приведенной нормы, оспаривать решение собрания вправе только то лицо, которое имело право участвовать в собрании. КПЭА был принят Съездом адво­катов, который является органом Федеральной палаты Адвокатов. Федеральная адво­катская палата объединяет адвокатские палаты субъектов Российской Федерации. В соответствии со ст. 36 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», участие в съезде принимают адвокатские палаты, каждая из которых при принятии решений имеет один голос. Таким образом, участниками ФПА РФ являют­ся только адвокатские палаты субъектов Российской Федерации, и только они в лице своих представителей имеют право на участие в съезде.

Кроме того, в соответствии с п. 3 ст. 181.4 ГК РФ, решение собрания вправе оспо­рить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не при­нимавший участия в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения.

Отметим, что перечень оснований ничтожности решения собрания приведен в статье 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно положениям которой если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно:

1) принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в собрании приняли участие все участники соответствующего гражданско-право­вого сообщества;

2) принято при отсутствии необходимого кворума;

3) принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания;

4) противоречит основам правопорядка или нравственности.

Поскольку Съезд адвокатов является разновидностью формы проведения собрания, то оспаривать его решения, по смыслу п. 3 ст. 181.4 ГК РФ, вправе только адвокатские палаты субъектов Российской Федерации, которые имели право на участие в Съез­де. Истец не является членом ФПА РФ и не имел права на самостоятельное участие в Съезде адвокатов, в связи с чем он не вправе оспаривать решения, принятые Съездом»[218].

5.4.

<< | >>
Источник: Рагулин А.В.. Трактат об Обращении 32-х, принципах, дискриминации и демократии в российской адвокатуре: монография. (пре- дисл.: Г.Б. Мирзоев, послесл.: А.В. Воробьев) - Москва.: Российская академия адвокатуры и нотариата, Евразийский научно-исследовательский институт проблем права,2019. - 584 с.. 2019

Еще по теме Гражданский кодекс РФ и ФЗ «О некоммерческих организациях»: некоторые возможности нормативного регулирования деятельности АП субъектов РФ и ФПА РФ или в чем смысл изгнания «неугодного» адвоката из корпорации?:

  1. 37. Расторжение договора найма жилого помещения по Гражданскому кодексу РФ- основания и порядок.
  2. 2. Правовое регулирование государственной гражданской службы
  3. §1.1 Профессиографический подход к анализу деятельности менеджера коммерческой организации
  4. ГЛАВА 2. ИССЛЕДОВАНИЕ СОДЕРЖАНИЯ И СТРУКТУРЫ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕФОРМАЦИИ ЛИЧНОСТИ СУБЪЕКТА ТРУДА (МЕНЕДЖЕРА КОММЕРЧЕСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ)
  5. ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ЛИЧНОСТНОЙ КОМПЕТЕНТНОСТИ СУБЪЕКТА ТРУДА (МЕНЕДЖЕРА КОММЕРЧЕСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ)
  6. Понимание текста как перевод смыслов
  7. § 5. Основания к отмене или изменению судебных постановлений, вступивших в законную силу
  8. 31. Обмен жилых помещений по Жилищному кодексу РФ.
  9. 4. Административно-правовой статус государственного гражданского служащего
  10. Шляхов Станислав Владимирович. РАЗВИТИЕ И ПРИМЕНЕНИЕ ГЕОМЕТРИЧЕСКИХ МЕТОДОВ К РЕШЕНИЮ НЕКОТОРЫХ ЗАДАЧ ТЕХНИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ ПЛАСТИНОК C КРИВОЛИНЕЙНЫМИ УЧАСТКАМИ КОНТУРА. Диссертация на соискание учёной степени кандидата технических наук. Орёл - 2019, 2019
  11. 5. Прохождение государственной гражданской службы
  12. § 2. Правовое регулирование обязанностей банков, связанных с учетом налогоплательщиков
  13. Гражданское право. Ответы к экзамену,
  14. 1. Правовое регулирование в области безопасности. Основные понятия
  15. 3. Понятие и виды методов государственно-управленческой деятельности