<<
>>

Этикоправоразъяснительное толкование КЭС, нормы адвокатской этики и нормы международного права

Из изложенного выше возникает вопрос: насколько соответствует положениям теории права, закона и правилам адвокатской профессии привлечение адвоката к дисциплинарной ответственности за действие (бездействие), истолкованное в результате этикоправоразъяснительного толкования КЭС как нарушение норм КПЭА, а впоследствии, в силу установленной обязательности этого разъяснения, так же интерпретированных квалификационной комиссией и советом АП субъек­та РФ.

Ведь в конечном итоге существующий этико-правовой механизм позволяет за счет принятия Разъяснений КЭС, которые содержат расширительные и даже противоза­конные положения, «возводить» Разъяснения КЭС, даже прямо противоречащие по­ложениям теории права, закона и правил профессии, в ранг закона.

Ответ на этот вопрос обнаруживается в содержании исследований, посвященных международным стандартам независимости и подотчетности адвокатов, в которых от­мечается, что кодексы этики должны приниматься самой юридической профессией

либо законодательством, разработанным при участии представителей профессии, и регулировать поведение адвокатов в соответствии с международными стандартами, га­рантирующими независимость и функции адвокатов.

Такие кодексы могут играть двоякую роль: во всех случаях они должны быть на­правлены на формирование общего понимания высоких профессиональных стан­дартов, которые должны соблюдаться адвокатами; кроме того, они могут устанав­ливать основания для привлечения к дисциплинарной ответственности, и особо подчеркивается, что Основные принципы ООН, касающиеся роли юристов, уста­навливают, что «все дисциплинарные меры определяются в соответствии с кодек­сом профессионального поведения и другими признанными стандартами и профес­сиональной этикой юриста и в свете Основных принципов ООН, касающихся роли юристов»[312].

Это означает что как содержание, так и применение норм КПЭА, а также актов эти­коправоразъяснительного толкования его положений, содержащихся в Разъяснениях КЭС, должно строиться на содержании «Основных положений о роли юристов».

И действительно в п. 29 «Основных положений о роли юристов» указывается что «все дисциплинарное производство должно осуществляться в соответствии с кодек­сом профессионального поведения и другими признанными стандартами и этически­ми нормами адвокатской профессии в свете настоящих Положений», а тезис о том, что этические правила не должны противоречить положениям законодательства под­тверждается исходя из смысла нормы, содержащейся в п. 26 «Основных положений о роли юристов», согласно которым «Кодексы профессионального поведения адво­катов должны устанавливаться профессией через свои соответствующие органы или в соответствии с законодательством, отвечающим положениям национального права и обычая и признаваемым международными стандартами и нормами».

Наряду с этим, характеризуя акты, отражающие содержание норм адвокатской эти­ки, исследователи указывают, что «положения кодекса этики должны быть сформули­рованы достаточно четко и точно, чтобы позволить адвокатам регулировать свое пове­дение в соответствии с ними.

Данное требование отражается и в принципе законности, закрепленном в междуна­родном праве в области прав человека, который устанавливает, что любое вмешатель­ство в права должно быть четко предусмотрено законом, в том числе, в соответству­

ющих случаях, подзаконными актами или кодексами профессионального поведения»[313], при этом приводятся ссылки на практику ЕСПЧ[314].

Наряду с этим, международные принципы, касающиеся роли юристов, предусма­тривают «обязанность государства обеспечить недопустимость несправедливого и про­извольного применения дисциплинарных санкций либо иных мер ответственности, включая уголовные, к адвокатам за действия, совершенные в соответствии с их про­фессиональными обязанностями, в том числе закрепленными в Основных принципах ООН, касающихся роли юристов. Следовательно, государство обязано гарантировать, что дисциплинарная ответственность может наступать только в случае совершения та­ких действий, которые являются нарушением установленных правил»[315].

Гарантия эта может быть реализована на практике с приминением мер государственного принужде­ния в предусмотренном законом порядке.

Также исследователи отмечают, что обязательства государства по защите адвокатов от несправедливого и произвольного привлечения к дисциплинарной ответственности проистекают из международного права в области защиты прав человека.

Обязательство гарантировать справедливое разбирательство, закрепленное, в частности, в статье 14 Международного пакта о гражданских и политических пра­вах (МПГПП) и в статье 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основ­ных свобод (ЕКПЧ), предусматривает, что соблюдение надлежащих процессуальных гарантий в ходе дисциплинарного производства, в том числе в порядке обжалования, должно быть закреплено как на уровне закона, так и на практике.

В работах исследователей[316]также указывается на то, что ограничение доступа к профессии и возможностей осуществления профессиональной деятельности может затронуть целый ряд прав, которые находятся под защитой международного права в области защиты прав человека, таких как право на уважение частной жизни (которое

закреплено, в частности, в статье 17 МПГПП и статье 8 ЕКПЧ)[317], право на свободу вы­ражения мнения (статья 19 МПГПП, статья 10 ЕКПЧ), право на свободу объединений (статья 22 МПГПП, статья 11 ЕКПЧ) и подчеркивается, что, к примеру, увольнение или лишение статуса затрагивают право на уважение частной жизни[318], поскольку вли­яют на профессиональные отношения, материальное благополучие адвокатов и их се- мей[319], а также на репутацию данного адвоката, так как все перечисленное подпадает под защиту права на уважение частной жизни[320].

Вместе с этим, в исследованиях[321]указывается: их ограничение всегда приводит к нарушению прав, гарантированных на международном уровне. Тем не менее, меж­дународное право предусматривает, что ограничение указанных прав не может быть произвольным и незаконным.

В соответствии с данным требованием привлечение к дисциплинарной ответственности, которое охватывает как производство, так и меры взыскания, должно:

- соответствовать закону (принцип законности);

- преследовать законную цель, и это должно быть необходимо и соразмерно пре­следуемой законной цели с учетом конкретных обстоятельств дела и привлекаемого к ответственности лица;

- применяться исключительно в соответствии со справедливой процедурой и в рамках таковой[322].

Также отмечается, что «государства должны обеспечить отсутствие злоупотребле­ний дисциплинарной системой в отношении представителей юридической профессии; она не может использоваться с целью запугивания или преследования адвокатов.

Необходимо обеспечить введение в действие достаточных механизмов их преду­преждения. Любое взыскание, которое назначается в результате дисциплинарного про­изводства, должно быть соразмерным проступку и обстоятельствам дела. Кроме того, адвокат, который привлекается к дисциплинарной ответственности, должен иметь право на помощь юриста по своему выбору.

Разбирательство по дисциплинарному делу должно проводиться независимым и беспристрастным органом или судом что предполагает отсутствие прямого или кос­венного влияния, давления, запугиваний или вмешательства с какой-либо стороны и по любым мотивам. В ходе дисциплинарного производства в отношении адвоката должно соблюдаться право на справедливое разбирательство, закрепленное в статье 14 МПГПП и статье 6 ЕКПЧ, в том числе принцип равенства сторон.

В соответствии с данным правом адвокаты должны уведомляться о характере и ос­новании предъявленных им обвинений; им и их законным представителям должно быть предоставлено достаточное время и возможности для подготовки своей защиты и от­стаивания своей позиции; они должны иметь возможность оспорить показания и дока­зательства обвиняющей стороны, в том числе посредством допроса свидетелей, а также возможность представить доказательства, в том числе посредством вызова свидетелей.

Решение по делу должно быть составлено в письменной форме и содержать моти­вировочную часть, основанную на соответствующих международным стандартам зако­не и кодексе профессиональной этики, в применении к конкретным представленным доказательствам, которые были признаны допустимыми.

Адвокат должен иметь право на обжалование решения и взыскания в независи­мый и беспристрастный судебный орган, а также на то, чтобы мотивированное реше­ние было вынесено по соответствующей жалобе в разумный срок».[323]Данные выводы исследователей в полной мере согласуются с содержанием правила, установленного ст. 10 «Основных положений о роди юристов», согласно которым «является обязанно­стью правительств, профессиональных ассоциаций адвокатов и учебных институтов обеспечить отсутствие дискриминации при допуске лиц к адвокатской практике или к продолжению практики по признакам расы, цвета кожи, пола, этнического происхож­

дения, религии, политических и иных взглядов, наличия собственности, места рожде­ния, экономического или иного положения».

МКЮ отмечает, при этом, что «Этический Кодекс должен быть составлен в пись­менной форме в соответствии с принципом законности и должен применяться в соот­ветствии с принципом соразмерности, в рамках системы последовательного толкования со стороны компетентных органов власти, в ходе справедливой процедуры. Как вменя­емый проступок, так и сама процедура должны соответствовать духу и букве закона».

<< | >>
Источник: Рагулин А.В.. Трактат об Обращении 32-х, принципах, дискриминации и демократии в российской адвокатуре: монография. (пре- дисл.: Г.Б. Мирзоев, послесл.: А.В. Воробьев) - Москва.: Российская академия адвокатуры и нотариата, Евразийский научно-исследовательский институт проблем права,2019. - 584 с.. 2019

Еще по теме Этикоправоразъяснительное толкование КЭС, нормы адвокатской этики и нормы международного права:

  1. Тема 3. Предмет и метод административного права. Административные правовые нормы и отношения
  2. 2. Административные правовые нормы
  3. 4. Административно-процессуальные нормы и отношения. Проблема кодификации административно-процессуального права
  4. § 2. Толкование ст. V Нью-Йоркской Конвенции
  5. § 1. Генезис принципа зависимости в теории и международной практике
  6. Митюков М.А., Барнашов А.М.. Исследования по государствоведению и международному праву в Томском государственном университете (от возрождения юридического факультета до начала конституционных преобразований в стране. 1948-1993 гг.: опыт библиографического обзора) : учеб. пособие. - Томск: Издательский Дом Томского государственного университета,2020. - 146 с., 2020
  7. 2. Характерные черты административного права как отрасли права
  8. 29. Права и обязанности сторон по договору социального найма жилого помещения.
  9. 1. Возникновение и развитие административного (полицейского) права
  10. Шестаков Ю.А.. История государства и права России: учебное пособие. – М.,2018. - 310 с., 2018
  11. 1. Предмет и метод административного права
  12. 3. Принципы административного права
  13. 4. Права и обязанности граждан по административному праву