Социологическая трактовка бюрократии

Появление термина «бюрократия» связывают с именем французского экономиста Винсента де Гурнэ, который ввел его в 1745 г. для обозначения исполни­тельной власти, придав этому понятию уничижитель­ное значение, сохранившееся в общеупотребительной лексике до настоящего времени. В научный оборот этот термин вошел благодаря М. Веберу— автору наиболее полного и всестороннего социологического описания феномена бюрократии. До Вебера бюрократию в луч­шем случае, как это было у К. Маркса, рассматривали в качестве посреднического звена между государством и массами, призванного проводить в жизнь политику правящего класса и соответственно лишенного само­стоятельности. М. Вебер раскрыл анатомию формаль­ной организации, исторические особенности эволюции бюрократии как особого социального института, но не затронул ее неформальную структуру.

Первоначально термин «бюрократия» использовал­ся Вебером для обозначения рациональной организации, предписания и правила которой создают фундамент эффективной работы и позволяют бороться с фавори­тизмом. Бюрократия рассматривалась им как некий идеальный образ, наиболее эффективный инструмент управления социальными Структурами и отдельными структурными единицами. По мнению Вебера, жестко формализованный характер бюрократических отноше­ний, четкость в распределении ролевых функций, лич­ная заинтересованность бюрократов в достижении це­лей организации приводят к принятию своевременных и квалифицированных решений, основанных на тща­тельно отобранной и проверенной информации.

Идеальный тип управления организацией, разра­ботанный Вебером, представляет собой наиболее эффек­тивную машину управления, основанную на строгой рационализации. Ее характеризуют жесткая ответствен­ность за каждый участок работы, координация во имя достижения организационных целей, оптимальное дей­ствие безличных правил, четкая иерархическая зависи­мость.

Очевидно, однако, что идеальный тип бюрократии не может существовать в реальности. Позже Вебер начинает различать бюрократию в позитивном (запад­ная рациональная система управления) и негативном (восточная иррациональная система управления) смыс­лах. В последнем случае бюрократия представляет со­бой систему, в которой инструкции, приказы, задания и прочие формальные атрибуты власти становятся самоцелью. Таков источник дисфункций, имеющих место в социальной организации позитивной бюрок­ратии и принимающих самые разные формы — от взяток до мафиозных систем.

В "середине XX в. американцы Р. Мертон и А. Го- улднер подтвердили тот факт, что рациональная бюро­кратия может стать причиной ряда серьезных органи­зационных дисфункций. По мнению американских социологов, наиболее распространенной дисфункцией, порождаемой бюрократией, является перенос акцента с целей деятельности на ее средства, в результате чего жесткая иерархия, неукоснительное исполнение инст­рукций, строгая дисциплина и т. п. превращаются в тормоз на пути рациональности. Иными словами, ра­циональное устройство воспроизводит внутри себя элементы иррационального.

Р. Мертон полагал, что в результате неукоснитель­ного следования формальным правилам, уступчивости и конформизма работники управления теряют, в конеч­ном счете, способность принимать самостоятельные решения. Постоянная ориентация на правила, реляции и формально разработанные руководства к действию приводит к тому, что все эти нормативы становятся всеобщими и окончательными, а их соблюдение — основной задачей и результатом организационной де­ятельности. Все это обусловливает отказ представите­лей бюрократии от творческого, самостоятельного мышления и даже от компетентности. Мертон назвал это явление «обучение неспособности». Следствием подобного «обучения» становится рождение стереотип­ного бюрократа, не имеющего воображения и способ­ности к творчеству, негибкого в применении офици­альных норм и правил. Итог деятельности такого бюрократа — замкнутость бюрократической касты, возвышение ее над другими работниками.

В модели Мертона деятельность бюрократии на­чинается с требований контроля над элементами со­циальной структуры организации. Эти требования сводятся к попытке выработать нормы необходимого поведения членов организации и мотивацию на выпол­нение порученных заданий. В этих условиях руководи­тель-бюрократ начинает заботиться, прежде всего, о безопасности своего положения (сохранении статуса и карьере), в связи с чем, предпочитает опираться на формальные правила и формальную власть. За прави­лами он не видит реальных исполнителей и все более утрачивает контроль над ситуацией, что заставляет его еще больше заботиться, об упрочении и защите своего служебного положения. Круг замыкается— руководи­тель не может обеспечивать надлежащий контроль и принятие обоснованных управленческих решений.

Трудности, возникающие в бюрократических струк­турах, связаны с преувеличением значимости стандар­тизованных правил, процедур и норм, точно определяю­щих, как сотрудникам следует решать поставленные перед ними задачи, реализовывать запросы других под­разделений организации, взаимодействовать с клиента- 340 ми и общественностью. Вследствие этого организация

утрачивает гибкость в отношениях с внешней средой: клиенты и общественность ощущают неадекватность реакции на их запросы и требования, поскольку их про­блемы решаются строго в соответствии с установленны­ми нормами без учета сложившейся ситуации. Если кли­енты или представители общественности указывают бюрократу на излишнюю приверженность нормам, он ссылается на соответствующее правило или инструкцию. При этом бюрократ не может быть наказан, так как формально он действует абсолютно правильно.

Кроме того, для бюрократической формы управле­ния характерны следующие негативные социально- психологические черты:

♦ игнорирование человеческой природы;

♦ господство духа отчуждения;

♦ ограниченные возможности высказывания личных взглядов, особенно если последние противоречат общепринятому образу мышления;

♦ подчиненность личных целей сотрудников целям организации;

♦ несовместимость с развитой деятельной личностью;

♦ приспособленчество;

♦ игнорирование неформальной организации и меж­личностных отношений.

Изучению этих и других дисфункций посвятили свои исследования Ф. Селзник, Э. Шиллз, В. Томпсон, Р. Михельс и др.

Развивая идеи М. Вебера, американский социолог А. Гоулднер- выделил в современном обществе два типа бюрократии — представительную (здесь власть опира­ется на знания и умения) и авторитарную (при которой она зиждется на негативных санкциях). Второй тип бю­рократии возникает вследствие дисфункций, когда по­виновение превращается в самоцель, а власть узакони­вается самим фактом пребывания в должности.

По мнению А. Тоффлера, в условиях бюрократии те, кто «принимает решения», отделены от тех, кто их выполняет. Тремя основными чертами бюрократии были и остаются стабильность, иерархия и разделение труда. Эти характеристики сформировали людей, за­нявших те или иные организационные позиции.

В современной социологии теория бюрократии является одной из самых разработанных концепций. Хотя большинство социологов и обличает язвы и поро­ки бюрократии, тем не менее без нее они не видят перспективы развития общества, ибо в настоящее вре­мя эта форма управления является единственно рабо­тоспособной и приемлемой. Следовательно, одна из основных задач современного управления состоит в изменении роли бюрократии в деятельности организа­ции в соответствии с принципами, разработанными Вебером. Достижение этой цели связано с изменением установок представителей бюрократии, с провозглаше­нием корреляции их благополучия и карьеры с конеч­ным результатом деятельности организации.

По мнению многих западных исследователей орга­низаций, следует различать две категории бюрокра­тов — добросовестные и корыстные. Первые искренне верят во всесилие правил, возможность все предусмот­реть и отрегулировать с их помощью; они формально уважают и даже чтят общие интересы, но интересы каждого в отдельности не учитывают. Вторых волнует только личный успех, ради достижения которого они готовы на все. И здесь речь идет уже о бюрократизме — изнаночной стороне бюрократии, которая не учитыва­ется теорией, но постоянно проявляется на практике.

Со времени изучения бюрократии Вебером она претерпела существенные изменения, развиваясь вме­сте со структурами организаций. В настоящее время различают три вида бюрократии.

Аппаратная (классическая) бюрократия полностью соответствует модели Вебера. При таком типе бюро­кратии работники управления весьма мало использу­ют профессиональные знания, поскольку их основная обязанность — выполнение общих управленческих функций. Такому чиновнику-бюрократу все равно, чем руководить, ибо он владеет навыками и знаниями об­щего управления в очень узкой области, ограниченной рамками своей роли в организации.

Главным достоинством аппаратной бюрократии является стабильность функционирования организа­ции и работы органов ее управления. Четкое разделе­ние труда, стандартизация и унификация всей деятель­ности снижают вероятность ошибок и, следовательно, в значительной степени сокращают время ролевого обучения работников управления. Формализация обес­печивает стабильность и слаженность работы, а цент­рализация гарантирует надежность управления.

Вместе с тем аппаратной бюрократии присущи весьма существенные недостатки, самым главным из которых следует признать опасность возникновения 342 бюрократизма. Кроме того, в условиях аппаратной

бюрократии отсутствует достаточная мотивация, а ум­ственные способности и психологические особеннос­ти работников учитываются и используются не полно­стью. Наконец, аппаратная бюрократия неэффективна в изменяющихся условиях и при возникновении не­стандартных ситуаций, поскольку зачастую принима­ет неадекватные и несвоевременные управленческие решения.

Классическая (аппаратная) бюрократия составля­ет основу управления в министерствах, ведомствах и большинстве учреждений государственного или муни­ципального управления, а также может быть основой организаций со стабильной структурой и мало изме­няющимися отношениями с внешней средой.

Профессиональная бюрократия предполагает нали­чие у управляющих глубоких теоретических и практи­ческих знаний в узких областях деятельности, ограничен­ных ролевыми требованиями. Основные характеристики деятельности таких бюрократов — высокие степень спе­циализации и уровень компетентности. Как правило, управляющие этого типа обращают внимание не только на процесс управления, но и на условия протекания этого процесса. В результате профессиональная бюрократия (по сравнению с аппаратной) в меньшей степени форма­лизована, у управляющих появляется большая свобода в принятии управленческих решений в рамках своей роли, поскольку высший руководитель не столь осведомлен в решении узких, специфических вопросов деятельности. Как и в аппаратной бюрократии, рабочие места группи­руются по функциональному и иерархическому принци­пам, а принятие управленческих решений происходит централизованно.

К достоинствам профессиональной бюрократии следует отнести возможность решения неординарных задач, требующих применения профессиональных зна­ний, а также весьма высокую мотивацию работников на достижение организационных и групповых, а не только личных целей. Кроме того, при данной форме управления в значительной степени ослабляется кон­троль за деятельностью со стороны высшего руковод­ства,, что дает большую свободу для творческого подхо­да к решению проблем управления.

Однако эффективность профессиональной бюрокра­тии резко снижается в тех случаях, когда организация функционирует в неизменных условиях, а основные ком­поненты ее не подвергаются постоянному воздействию

со стороны внешней среды. Подбор, расстановка и обес­печение функционирования работников в таких органи­зациях приобретает особое значение, так как уровень их профессионализма должен быть достаточно высоким. Это обстоятельство предполагает дополнительные затраты на обучение работников управления. Кроме того, усложня­ются формы применения власти: помимо власти принуж­дения и вознаграждения здесь должны активно исполь­зоваться экспертная и информационная власть.

Адхократия как форма бюрократического управ­ления возникла сравнительно недавно. Термин «адхо­кратия» (от лат. ad hoc — специальный и греч. kratos — власть) был введен в научный оборот в 70-е гг. XX в. А. Тоффлером, который использовал его для обозначе­ния организационной структуры, основу которой со­ставляют временные рабочие группы, создаваемые для решения одной задачи или проекта. По мнению изве­стного специалиста в области проблем лидерства У. Бенниса, адхократия представляет собой быстро из­меняющуюся адаптивную структуру, организованную вокруг проблем, которые решаются группами специа­листов с различными профессиональными знаниями, подобранных в соответствии с ситуацией. Очевидно, что данная форма бюрократии кардинально отличает­ся от идеальной модели М. Вебера. Во-первых, у уп­равляющих такого рода отсутствует строгое разделе­ние труда, четкая иерархия. Во-вторых, отмечается минимальная формализация деятельности. Адхократия предполагает быстрое реагирование на любые изме­нения во всех компонентах организации и внешней среде.

Ее девиз — максимальные гибкость и адаптив­ность по отношению к изменяющейся ситуации.

Многие исследователи считают адхократию небю­рократической формой управления организацией, од­нако, это не так. Адхократия — все тот же аппарат управления, состоящий из работников, профессиональ­но выполняющих управленческие функции. Основное отличие адхократии от других бюрократических форм заключается в том, что. эта форма управления имеет качественные отличия от идеальной модели Вебера, лишена многих недостатков, присущих ей, наиболее эффективна в современных условиях и имеет перспек­тивное будущее.

В отечественной литературе первое и наиболее полное описание бюрократии приводится в «Энцикло- 344 педическом словаре» Брокгауза и Ефрона. Под бюро­кратией здесь понимают то направление, которое при­нимает государственное управление в странах, где все дела сосредоточены в руках органов центральной го­сударственной власти, действующих по предписанию (начальства) и через предписания (подчиненным). Вто­рое значение бюрократии — класс лиц, резко выделен­ный из остального общества и состоящий из агентов центральной правительственной власти. Иностранный термин «бюрократический» вполне соответствует рус­скому понятию «приказный». Как и М. Вебер, автор приведенной в энциклопедии статьи о бюрократии рассматривает позитивную и негативную трактовку данного феномена, анализируя не только социальную, но и историческую реальность. Оказывается, что в Новое время в Западной Европе усиление бюрократии шло рука об руку с усилением государственной влас­ти. Параллельно с политической централизацией раз­вивалась — как орудие и подспорье первой — и цен­трализация административная. Она была необходима для того, чтобы вытеснить феодальную аристократию и старые общинные власти из всех по возможности сфер управления и создать особый класс должностных лиц, непосредственно и исключительно подчиненных влиянию центральной власти. С упадком и вырожде­нием местных корпораций, союзов и сословий появи­лись новые задачи управления. Круг деятельности государственной власти непрерывно расширялся, пока не сложилось т. н. «полицейское государство» (XVII — XVIII вв.), в котором все отправления жизни духовной и материальной находились под опекой государствен­ной власти. В полицейском государстве бюрократия достигает наивысшего расцвета, и здесь же наиболее отчетливо проступают ее негативные черты — Черты, которые она сохранила и в XIX в. в странах, управле­ние которыми по-прежнему строилось на принципах централизации.

При бюрократическом характере управления пра­вительственные органы не способны совладать с об­ширной информацией и, как правило, впадают в фор­мализм. Благодаря своей значительной численности и осознанию факта собственного могущества чиновни­чество занимает в обществе особое, можно даже ска­зать исключительное, положение: оно чувствует себя руководящим центром всей общественной жизни и образует особую касту вне народа. В общем и целом, здесь проявляются три порока (проблемы) подобного с1дминистративного строя; 1) общественные дела, тре­бующие вмешательства государства, ведутся чаще дур­но, чем хорошо; 2) управляемые вынуждены терпеть вмешательство власти в такие отношения и сферы, где в этом нет никакой надобности; 3) соприкосновение с органами власти редко обходится без того, чтобы не страдало личное достоинство обывателя. Совокупность перечисленных пороков отличает то направление го­сударственного управления, которое обыкновенно именуется бюрократией. Средоточием последней яв­ляются, как правило, органы полицейской власти; но, укоренившись, бюрократия распространяет свое вли­яние на все чиновничество, судебную и законодатель­ную ветви власти.

Негативные моменты бюрократии раскрываются в «Энциклопедическом словаре» на примере россий­ской действительности. «Многописание», как и бюрок­ратия, являются неизбежными спутниками усложне­ния государственной жизни. Если в «здоровом строе» администрации форма соблюдается ради дела и в слу­чае нужды приносится ему в жертву, то в условиях бюрократии форму чтут ради нее самой, нередко при­нося ей в жертву существо дела. Подчиненные видят свою задачу не в том, чтобы действовать в указанных границах с пользой для дела, а в том, чтобы любой ценой исполнить требования, предъявляемые свыше, т. е. «от­писаться», исполнить ряд формальностей и тем самым удовлетворить вышестоящее начальство. Администра­тивная деятельность сводится здесь к письмоводству; вместо фактического исполнения распоряжений до­вольствуются написанием бумаг. Атак как бумажное исполнение никогда не встречает препятствий, прави­тельство привыкает выдвигать фактически невыполни­мые требования. В результате между бумагой и дей­ствительностью наступает полный разлад.

Другая отличительная черта бюрократии заключа­ется в отчужденности чиновничества от остального населения, в его кастовой исключительности. Государ­ство набирает служащих из всех сословий, в одной и той же коллегии оно соединяет представителей дворян­ских родов, городских обывателей и крестьян, но все они чувствуют себя равно отчужденными от всех со­словий. Им чуждо сознание общего блага, они не раз­деляют жизненных ценностей и не понимают задач конкретных сословий или классов. Будучи участником реальной власти, которую государство распространя­ет на всех без исключения, чиновник претендует на положение, исключительное в сравнении с остальным населением. Но так как именно в бюрократическом государстве притязание это не находит себе достаточ­ной опоры ни в выдающемся образовании, ни в поли­тическом такте, ни в общественных заслугах чиновни­ков, то оно и не принимает достойных форм, присущих истинному превосходству, умственному и нравствен­ному. В отношениях служебных царит суровое обраще­ние со средними классами и грубое — с низшими. В отношениях общественных замечается или полная от­чужденность, или презрительное снисхождение к роб­кому обывателю. Бюрократ — плохой член общины; общинные связи кажутся ему унизительными, подчи­нение общинным властям для него невыносимо. Он вообще не имеет сограждан, потому что не чувствует себя ни членом общины, ни гражданином государства. Подобные проявления кастового духа бюрократии, отрешиться от которого могут лишь натуры исключи­тельные, глубоко и гибельно влияют на отношения массы населения к государству. Когда народ видит представителя государства лишь в лице чиновничества, которое чуждается его и ставит себя на недосягаемую высоту, когда всякое соприкосновение с государствен­ными органами грозит неприятностями и притеснени­ями, тогда и само государство становится для народа чем-то чуждым и даже враждебным.

По мнению авторов статьи «Энциклопедического словаря», существование бюрократии не связано с опре­деленной формой правления: оно возможно в государ­ствах республиканских и монархических, в монархиях неограниченных и конституционных. Побороть бюро­кратию крайне трудно. Новые учреждения, если только они создаются под покровительством бюрократии, немед­ленно проникаются ее духом. Здесь бессильны даже конституционные гарантии, ибо никакое конституцион­ное собрание не управляет само и не способно указать управлению устойчивое направление. Во Франции пос­ле переворотов, создавших новый порядок вещей, бюро­кратические формы управления и административная централизация даже укрепились. Провозглашение народ­ного самодержавия не только не привело к развитию уч­реждений местных, но, напротив, разрушило остатки старых союзов, усилило роль центральной власти как органа «народной воли». Чередовались формы правле- . ния, одно правительство сменяло другое, но характер 347

управления оставался прежним (бюрократическим) до тех пор, пока законодательство Третьей республики не предприняло ряд шагов в ином направлении. В Пруссии постепенное преобразование1 местного управления на на­чалах децентрализации и самоуправления началось лишь четверть века спустя после Французской февральской революции 1848 г.

Родоначальником бюрократии в России считаю] Петра I, а ее окончательным организатором — знамени­того государственного деятеля, графа М.М. Сперанско­го. Русская бюрократия— дитя государственной цент­рализации постмонгольской эпохи. Процесс «собирания земли русской» потребовал централизации управления, породившей бюрократию. Через этап централизации прошли все европейские страны, и в этом смысле наша страна И наша бюрократия не отличаются от западноев­ропейских. Но на Западе (за исключением Англии и Швейцарии) чиновничество набиралось из среднего клас­са, заключившего в свое время союз с королевской вла­стью, цель которого состояла в низложении феодализма. В России бюрократия родилась в среде дворянства, и потому, когда в эпоху Екатерины II страна вступила на путь капиталистических преобразований, она преврати­лась в тормоз экономического развития. «Отсталость политического строя, прежде всего, мешала образовать­ся той административной власти, тому буржуазному чи­новничеству, которое бы обладало достаточными навы­ками, социальным родством с буржуазией, и благодаря этому могло бы содействовать легкому и быстрому про­хождению всех промышленных дел через канцелярские теснины. Бюрократия в центре и на местах составлялась у нас из помещичьих, дворянских кругов. Сплошь и ря­дом это были те элементы, которые исчерпывающе доказали свою хозяйственную непригодность, неприспо­собленность, которые потерпели крушение в своей эко­номической жизни и выбирались на берег бюрократи­ческой службы с помощью своего дворянского имени и своей дворянской родни. По своим социальным и психи­ческим навыкам, по своему воспитанию и стремлению, они были совершенно чужды буржуазной жизни, с ее быстрым темпом промышленного развития, с ее шумом и гулом делячества, с ее быстрым переходом от затеи к ее реальному воплощению»150.

Через всю историю русского капитализма тянется безысходная жалоба буржуазии — будь то екатеринин- 348 ской, ленинской или ельцинской эпох — на «приказ­ных людей», которые вольно или невольно, сознатель­но или бессознательно не дают ходу промышленному развитию и бизнесу, создавая непроходимые барьеры из канцелярской волокиты, взяточничества и устарев,- шего законодательства. Бюрократия, высшая и низшая, в. центре и на мостах всегда оставалась чуждой про­мышленной жизни. И это неслучайно, ибо бюрократ, дабы не лишиться источников обогащения, в принци­пе не может быть другим. Волокита, устаревшее или противоречивое законодательство, засилье инструкций и приказов, разобраться в которых может только опыт­ный чиновник— суть инструмент обогащения бюро­кратии. Мешая и препятствуя экономическому прогрес­су, она получает «откупные». Содействие прогрессу означает финансовую, а может быть и политическую, смерть бюрократии.

Когда большевики разгоняли самодержавный ап­парат государственного управления и ставили на ме­сто царских чиновников комиссаров — выходцев из рабочих и крестьян, они мечтали раз и навсегда, по­кончить с бюрократией и бюрократизмом, полагая, во многом небезосновательно, что новые люди принесут с собой новый дух и культуру отношений. Однако на практике все вышло наоборот: через некоторое новые люди не только усвоили старую культуру, но и довели ее до крайности. По признанию самих партийных вож­дей, в том числе Ф. Дзержинского, в первые годы со­ветской власти бюрократия расцвела махровым цве­том. Л. Троцкий признавался: «Бюрократия пожирает не менее половины фонда национального потребления, считая, конечно, не только жилище, пищу, одежду, средства передвижения и связи, но также учебные заведения, прессу, литературу, спорт, кинематограф, радио, театры, музеи и пр. ...Через 20 лет после рево­люции советское государство стало самым централи­зованным, деспотическим и кровавым аппаратом на­силия и принуждения».

Научное изучение бюрократии современными оте­чественными социологами началось не сразу, а лишь со второй половины 1980-х годов, что было связано с ос­мыслением природы государственно-политического устройства Советского Союза: первоначально бюрокра­тия мыслилась как деформация принципов социалис­тической демократии. По сравнению с дореволюцион­ным российским и современным западным периодами, количество оригинальных работ, посвященных этой проблеме, было крайне невелико. Позже о бюрократии стали говорить смелее, указывалось на то, что при оп­ределенных условиях социализм порождает бюрокра­тию изнутри. Наконец, на третьем этапе, в начале 90-х годов XX в. отечественные ученые прямо заявили о том, что именно социализм склонен продуцировать бюрок­ратию в наибольшей степени. В этот период появился целый ряд работ, посвященных номенклатуре, под кото­рой понималась государственно-партийная бюрократия советского общества, постепенно обретшая статус пра­вящего класса.

В 1990-е годы отечественных исследователей все больше волнуют проблемы трансформации номенкла­туры. Отдельные авторы заговорили о т. н. «бюрокра­тической буржуазии», «номенклатурном капитализме» и т, п. Появилось множество работ, в которых доказы­валось, что современная демократическая власть бю­рократизирована в той же степени, что советская; что между досоветской и постсоветской бюрократией су­ществует генетическое родство. Прояснились следую­щие ключевые черты бюрократии:

<< | >>
Источник: Кравченко А.И., Тюрина И.О. Социология управления: фундаментальный курс: Учебное пособие для студентов высших учебных заведений. — 2-е изд., испр. и доп. — М.: Академический Проект,— 1136 с. — («Gaudeamus»). 2005

Еще по теме Социологическая трактовка бюрократии:

  1. Определение и социологическое понимание бюрократии
  2. Социологический (конкретно-социологический) метод.
  3. Трактовка прибыли в «Капитале»
  4. Тема 6. РОЛЬ И МЕСТО БЮРОКРАТИИ В МЕХАНИЗМЕ ГОСУДАРСТВА
  5. Функции бюрократии
  6. Капитал: сущность, трактовки
  7. 5.2. Капитал: сущность, трактовки
  8. Бюрократ, бюрократизация и бюрократизм
  9. 14.4. Бюрократия и проблемы формирования конституционной экономики
  10. Мафия к Бюрократия
  11. Противостояние экспансии бюрократии
  12. Усиление и господство бюрократии
  13. Эволюция бюрократии в России
  14. 3.1. Нормативно-установленная трактовка доходов и расходов коммерческих организаций
  15. 4. Легистские трактовки правового государства
  16. Сущность бюрократии
  17. История бюрократии как социального института
  18. 9. Теории элит, бюрократии и технократии
  19. Номенклатура и бюрократия