Экзистенциальные условия существования менеджера

Различие между административной системой и менеджментом как двумя противоположными куль­турно-историческими типами управления наглядно проявляется в жизненных условиях существования руководителя и менеджера. В плановой экономике ру­ководитель имеет гарантированные статус, служебные привилегии и даже защиту от служебного понижения. Как правило, проштрафившихся советских руководи­телей пересаживали из одного управленческого крес­ла в другое, но не понижали в должности. Подобная тенденция сохранилась и в постсоветском обществе. Иначе обстоят дела в рыночной экономике. ЗДесь жизненную ситуацию менеджера определяют совер­шенно иные культурные константы, прежде всего неопределенность, риск и неудача.

Одним из первых этой проблемой заинтересовал­ся видный американский специалист по менеджме ту, профессор Мичиганского университета, директор «Бюро индустриальных отношений» Джордж Одиор- не. Одиорне считает, что с точки зрения абстрактного ученого, работающего в области управления, мир ме­неджера является недисциплинированным, т. е. не­предсказуемым, странным, почти неуправляемым. Это мир субъективных наблюдений, стремлений, решений, не поддающихся эмпирической верификации. Следо­вательно, говорит он, следует отказаться от традици­онной науки управления, игнорирующей специфику менеджмента и поведение руководителя в непредска­зуемых условиях рыночной стихии, ибо реальный ме­неджер — это всегда «экзистенциальный» менеджер, находящийся в ситуации риска, трудного выбора, нео­пределенных последствий. Он не столько соблюдает правила, установленные академическими учеными, сколько нарушает их и- лишь благодаря этому достига­ет успеха.

Полагая, что все современные теоретические школы рассматривают исключительно сложную и многообраз­ную деятельность реального менеджера-бизнесмена весьма упрощенно, Одиорне видит выход в применении сконструированной им «экзистенциальной теории управ­ления», основной посылкой которой является отрицание возможности подведения управленческой деятельности под определенные закономерности, правила, нормы. Таким образом, он призывает вернуться к экзистенци­альному менеджеру со всей ужасающей сложностью его действий и выборов. Ключ к этому опыту — не исследо­вание, а «выживание», которое может быть стимулиро­вано экзистенциальной онтологией. Онтология, пони­маемая Дж. Одиорне как наука существования, есть философия экзистенциального менеджера, направляю­щая его действия в условиях неопределенного выбора. Как известно, экзистенциализм понимает «существова­ние» как субъективное состояние индивида. Суть менед­жера, по Одиорне, заключается в том, что он существует, решает, действует. Вначале менеджер существует, затем создает самого себя.

Одиорне отмечает, что теория управления тради­ционно занималась исследованием руководства в круп­ных корпорациях, огражденных в силу своего могуще­ства от действия множества факторов, с которыми сталкиваются менеджеры небольших фирм. Как пра­вило, теоретики игнорируют сотни тысяч мелких орга­низаций, где менеджеры не только не преуспевают, но зачастую терпят полное поражение. Между тем сегод­ня поток оборота кадров, текучесть менеджеров на­правлена от больших корпораций в сторону малых фирм, отличающихся большими возможностями роста, более интересной, хотя и более рискованной работой.

Почти все современные концепции управления, преподаваемые как в школах бизнеса, так и на различ­ных курсах менеджмента, сводятся, по мнению Оди- орне, к следующему: «Как стать хорошо оплачиваемым служащим одной из 500 крупнейших корпораций». Никто не думает о том, что к 37 тыс. фирм со 100 — 500 рабочими приложимы одни принципы, в то время как к 4,3 млн. фирм с числом работающих от 1 до 99 — совсем другие. Речь идет о местной промышленности, сфере обслуживания, небольших строительных фир­мах, где персонал неустойчив, а организация неста­бильна. Средняя продолжительность существования таких фирм не превышает 7 лет. По данным статисти­ки, в США из каждой тысячи новых предприятий ра­зоряются 930. Поэтому мелким бизнесом управлять гораздо труднее. Классические же теории управления создаются для успешных менеджеров и не выдержи­вают никакой проверки при расширении сферы их приложения.

Принципиальную невозможность создания науки управления по старым меркам Одиорне видит в суще­ствовании экзистенциалистских «ситуационных огра­ничений». Первое ограничение заключается в «ситуа- циональности» самого менеджера, который, не успевая выйти из одной критической ситуации, немедленно попадает в другую. Он живет и действует в постоянно меняющейся обстановке со многими неизвестными. Едва решив проблему, он обнаруживает, что число трудностей умножилось именно потому, что часть из них уже была преодолена. Экзистенциальный менед­жер напоминает мифологического Сизифа, всю жизнь пытающегося поднять на гору свой груз (управленчес­кие задачи). Всякий раз, когда ему кажется, что победа уже близка, приходится начинать все сначала. Он на­деется опереться на прошлый опыт, однако новые проблемы требуют новых решений. Тем не менее толь­ко прибегая к своему опыту, оценке конкретных ситу­аций, через которые он прошел, менеджер может под­готовить себя к новым неожиданным ситуациям.

Второе ситуационное ограничение— это удача. Одиорне подчеркивает, что все теории— за исключе­нием статистики и теории игр — сбрасывают со счета данное обстоятельство, в то время как в реальной дей­ствительности оно имеет исключительное значение. Он рассматривает удачу как чистую случайность. Никто не знает пути к ней: она, как и беда, всегда застает врасплох. Поэтому представления «науки управления» о том, что менеджер управляет событиями, просто наивны. Самое большее, что можно сделать — приспо­собиться к обстоятельствам. Потому-то применение к деятельности менеджера логического позитивизма наталкивается на жесткие ограничения. Логические конструкции, даже созданные на основе реальных фактов и факторов, не могут применяться к новым отношениям.

Третье ситуационное ограничение заключается в борьбе и конфликтах, сопровождающих всю деятель­ность менеджера. Одиорне толкует конкурентную борь­бу (в которую вовлекаются и менеджеры) как некую общечеловеческую ситуацию, заключающуюся в том, что «полное согласие между людьми невозможно»?5 . Людям, считает он, присуще стремление строить свои отношения с позиций «господства сильного», путем всевозможных махинаций и манипуляций, и лучшее, на что можно надеяться, — это конкуренция без откро­венно выраженной враждебности.

В основе всего ле­жит всеобщий конфликт между ограниченными ресур­сами человечества и неограниченными притязаниями людей. С этой точки зрения, конкуренция оказывается естественной и неизменно критической ситуацией. Ограниченность ресурсов вызывает недовольство, ос­трие которого направлено против тех, кто добился успеха. Никакие попытки разрешить конфликт на ос­нове бихевиоризма или математических моделей не приведут к успеху, они лишь помогут одной из сторон получить временный выигрыш или будут способство­вать проигрышу в экономической борьбе.

Четвертое ситуационное ограничение — постоян­но сопровождающее менеджера чувство «неизбежной вины». Речь идет о конкретной вине, связанной с со­знанием совершенного поступка, преступления и т. д. Чувство вины априорно: оно присуще менеджеру, по­скольку он менеджер, т. е. сделал свой экзистенциаль­ный выбор. По сути дела, оно даже не зависит от от­ношения менеджера к другим людям: это прежде всего осознание вины перед самим собой за собственные промахи, неудачи, неизбежные в менеджерской дея­тельности. Менеджер обречен на то, что всегда наряду с успехом его ждут неудачи. Терпя неудачи и стремясь всячески продлить желаемый успех, менеджер даже в период преуспевания ощущает чувство неизбежной вины, поскольку уверен, что мог бы поступить иначе. Чувство вины, никогда не покидающее менеджера, не может не оказывать влияния на его судьбу.

Пятым «необратимым и неуправляемым» экзис­тенциальным ограничением является смерть менедже­ра — последняя возможность не быть. Хотя дата его смерти конкретно не установлена, жизнь его перма­нентно находится под знаком неопределенности. Судь­ба менеджера в компании далеко не всегда определя­ется его служебными успехами. Какое бы должностное рвение он ни проявлял, всегда найдутся недоброжела­тели или завистники, которые через серию интриг поставят его в ситуацию пограничного выбора: уйти добровольно или быть медленно съеденным недруже­любным руководством. Уход, как и любая капитуляция, означает социальную смерть в данной организации и возможность нового рождения в другой. Очень часто переход на новое место работы приводит к невиданно­му доселе раскрытию творческого потенциала. Менед­жеру кажется, что наконец-то он нашел «свой» коллек­тив, работу по душе. Так может продолжаться очень долго или оборваться на следующий день. Неопреде­ленность тяготеет над судьбой менеджера. Конфлик­ты, ссоры, интриги, неудачи и связанные с ними стрес­сы подтачивают его здоровье и зачастую ведут не к символической, а к физической смерти.

Мотивы, которыми руководствуется менеджер, субъективны, они проникнуты симпатиями и антипа­тиями, любовью и ненавистью, страхом и надеждой. Полагать, что мотивы опираются на обоснованные доказательства, значит, рассматривать менеджера вне экзистенциального контекста, т. е. мыслить неправиль­но. Предположения академических ученых, согласно которым самый успешный менеджер — «менеджер мыслящий», не имеют под собой никаких оснований. Правильнее было бы предположить, что успешный менеджер занят настолько, что не имеет времени заду­мываться (рефлексировать) над теориями, объясняю­щими его успех. Преуспевающий менеджер слишком занят достижением успеха и карьерой: в суете дней он не имеет времени рационально осмыслить причины своих успехов или неудач. Жизненная философия менеджера не всегда ладит со здравым смыслом (хотя он и убежден в обратном), но обязательно исходит из накопленного опыта. Советы ученого-теоретика долж­ны быть достаточно компетентны для того, чтобы ме­неджер мог к ним прислушаться.

Поскольку Одиорне рассуждает об экзистенциаль­ном менеджере, смерть оказывается самым сильным доводом против возможности создать законченную теорию управления. Ведь смерть — это то, что присут­ствует в самой жизни, человек сознает и переживает ее как неустранимый момент своего бытия. Жить — значит жить со смертью, присматриваться, прислуши­ваться к ней, сознавая то, что она приближается все ближе к тебе.

Сложная природа человека и условия, в которых он действует, не станут проще, если мы будем рассмат­ривать его как логическую машину, а деятельность — как математическую модель.. Однако нельзя совершен­но отказаться от теоретического осмысления менед­жерской деятельности. Принципы ее иррациональны, но все же они существуют, убежден Дж. Одиорне. Те, кто пытался описать их, шли путем логического анали­за, что совершенно недостаточно для понимания управ­ленческой деятельности. Теория должна быть экзистен­циальной: ее исходным пунктом могут являться лишь непреодолимая субъективность индивида, осуществля­ющего свой жизненный проект, личные переживания и жизненные ситуации, не поддающиеся эмпиричес­кой верификации. Близость смерти, как часть управ­ленческой теории, основана на экзистенциальной он­тологии, предлагающей объяснение социального пути менеджера в организации либо вдоль множества орга­низаций как ограниченной временем и жизненными условиями траектории.

Время для экзистенциального менеджера не есть ординарный континуум, разделенный на три части: прошлое, настоящее, будущее. Время — это предмет внутреннего бытия. Пока менеджер не заполнит каж­дый временной отрезок своей жизни значимым содер­жанием экзистенциальных выборов, он будет теряться в столпотворении разорванных фрагментов. Время, поставленное перед лицом личной смерти, становится серией его удач и поражений, которые он не должен отличать друг от друга. Будущее для экзистенциально­го менеджера есть не неопределенные серии «сейчас», а некий предел, ограниченный его смертью.

Экзистенциальная теория менеджмента исходит из того, что в мире бизнеса существуют неудачливые ме­неджеры, численно превосходящие своих удачливых коллег. Успешный менеджер создает себя посредством собственных экзистенциальных выборов и вытекающих из них действий. Он буквально выбирает себя. Он мо­жет покинуть (освободиться) от существования, как менеджер или как личность, в любое время, которое он выберет. Существование менеджера ограничено его ситуационной природой, а удача или неудача, конфликт и борьба, вина и смерть, присутствующие во всех его действиях, являются неустранимой частью такой ситу­ации. Современный менеджер остро осознает пробле­му выживания. Он чувствует социальную ответствен­ность за правильность своих действий перед собой, своей семьей, фирмой, наконец, перед обществом.

<< | >>
Источник: Кравченко А.И., Тюрина И.О. Социология управления: фундаментальный курс: Учебное пособие для студентов высших учебных заведений. — 2-е изд., испр. и доп. — М.: Академический Проект,— 1136 с. — («Gaudeamus»). 2005

Еще по теме Экзистенциальные условия существования менеджера:

  1. Приложение 5.A Теоремы существования равновесия 5.A.1 Существование равновесия в экономике обмена
  2. 5.3 Существование общего равновесия
  3. Существование равновесия Штакельберга
  4. 14.2.1 Существование равновесия Штакельберга
  5. Существование равновесия при монополии
  6. 13.1.4 Существование равновесия при монополии
  7. 5.A.2 Существование равновесия в экономике Эрроу—Дебре
  8. Специализация менеджера
  9. 10.7.4. ЦЕНОВАЯ ДИСКРИМИНАЦИЯ И СУЩЕСТВОВАНИЕ ОТРАСЛИ
  10. 2.2.3 Доказательство теорем существования
  11. 15.6. СУЩЕСТВОВАНИЕ, ЕДИНСТВЕННОСТЬ И СТАБИЛЬНОСТЬ РАВНОВЕСИЯ
  12. 1.1.Теоремы существования общего равновесия
  13. 1.5. Функции финансового менеджера.
  14. 6.5. Дополнение. Существование и единственность вектора Шепли
  15. Профессионализация менеджера
  16. 2.2 Теорема существования аппроксимирующих равновесий